— Мы взяли его.
— Хорошо. Как вы нашли меня?
— Моррис рассказал про фабрику. Пришлось предложить ему сделку. А это что? — Родригес указал на руку Седрика, которую тот прижимал к левому боку.
— Пустяк.
— Мне нужно осмотреть ваше ранение.
Родригес осторожно взял руку Седрика и отвел ее чуть в сторону. Сочившаяся из пулевого отверстия кровь образовала уже довольно большое темно-красное пятно на его одежде.
— Не похоже на пустяк, — вздохнул Родригес. — Держитесь, офицер, сейчас будет помощь!
— Мне не больно, лейтенант, — пробормотал в ответ Седрик.
Он дождался врачей, не потеряв сознания. Родригес был рядом с ним и не оставлял до того момента, как Седрика повезли в операционную.
***
Он уже лежал в палате после операции, когда яркий свет резанул по его глазам. Постепенно из тумана проступали предметы и люди. Седрик увидел полицейского, разговаривающего с каким-то перепуганным мужчиной. Внезапно что-то случилось между ними. Полицейский достал револьвер и выстрелил в этого человека. Затем тьма накрыла сознание, как тяжелое одеяло.
Когда Седрик открыл глаза в реальности, ему показалось, что он снова оказался в горящей редакции. Он хотел убежать или спрятаться. Но вскоре его сознание полностью вернулось. Он понял, что находится в палате, которая пылала в оранжевых лучах рассвета. Они проникали сквозь большое окно, создавая иллюзию огня.
Седрик положил руку на грудь, зачем-то пытаясь почувствовать пульс. Но ему показалось, что сердце не бьется. Он вздохнул.
«Что это было за видение?», — подумал Седрик. — «Гражданский, полицейский, выстрел… Где я уже видел такое?»
Он попытался приподняться на койке. Больно. Он зажмурился, преодолевая это ощущение, впившееся в живот, под ребра. Он выучился терпеть эту боль, но так и не научился ее принимать за время службы в полиции. За время жизни в этом мире.
У Седрика получилось сесть. Уложив подушку вертикально и прижав ее к стене, он прислонился к ней спиной. Еще раз огляделся. Вполне комфортабельная одноместная палата. Уютная, словно номер в каком-нибудь четырехзвездочном отеле.
«Интересно, кто заплатил за нее?» — подумал он. — «Неужели сам шеф?» — и печально улыбнулся своей иронии. Ведь после пожара его не удостоили таким вниманием.
Затем к нему пришел врач, чтобы подробно расписать, как будет проходить лечение.
— Снова эти таблетки, — проговорил Седрик.
Он ненавидел процесс реабилитации. Когда чувствуешь себя слабым, словно ребенок, который и ходить еще толком не умеет.
Доктор кивнул.
— К вам просится лейтенант Родригес. Ему нужна информация для вашего расследования.
— Конечно…
— Он о вас беспокоится.
— Правда? — в груди Седрика что-то знакомо кольнуло, когда он с недоумением покосился на доктора.
Он сохранил это чувство до самого дня, когда смог вернуться на службу. Апрель уже подходил к концу, когда Седрик достаточно окреп и был готов выйти на работу. Он сразу же направился в кабинет к Хэнлонду. Выслушать новые инструкции.
Шеф говорил с ним по-другому, заметно смягчив тон:
— Слушай, Майлз… Зря я так с тобой. Ты в порядке?
— В норме. Вы переменили свое отношение ко мне, шеф. Я это чувствую. Что, лейтенант рассказал вам о моих «подвигах»? — ответил Седрик, но не придал своему голосу привычного сарказма.
— Опять будешь дерзить, да, Майлз? — спросил Хэнлонд устало.
— Нет. Больше не хочется.
Казалось, будто после всего пережитого его дерзость истощилась. Теперь он просто хотел человеческого общения.
— Ну и хорошо, — пробормотал Хэнлонд, будто прощупывая его душу глазами. Затем, как всегда, шумно вздохнул и продолжил:
— Условия договора остаются теми же: ты продолжишь сотрудничать со следствием, не утаивая даже мелких деталей. Никакого своеволия! И не забывай про запрет на выезд из города! — Хэнлонд натянул на лицо строгое выражение. Видимо, для пущей острастки.
Седрику ничего не оставалось, кроме как кивнуть в ответ.
— Отлично, — снова смягчился шеф. — Родригес ждет тебя. Иди работать. Только помните, что у стен есть уши, и никогда не обсуждайте дело, если вас могут услышать. Ты теперь будешь заниматься в основном документами, ведь здоровье у тебя сейчас не из лучших. В точности выполняй все поручения лейтенанта и помоги ему доказать связь между твоим бывшим боссом и остальными членами группировки…
Шеф говорил долго, монотонно, а затем вдруг замолчал и пронзил Седрика внимательным взглядом:
— Ну что, готов?
Седрик опять молча кивнул и направился к лейтенанту.
Глава 35
Он дошел до их общего с Родригесом кабинета и поднял руку, чтобы постучаться. Но замер, будто наткнулся на стену. Как тогда, после рейда спецназа. За дверью снова скрывалась неизвестность.