Энни метнулась к нему, а Седрик застыл, парализованный жутким осознанием. Прохладный ветер казался ледяным и проникал не только под одежду — он заползал в душу. В голове пульсировала только одна мысль: «Этого не может быть!»
Кусочки головоломки сложились в жуткую картину. Седрик почувствовал, как его ноги теряют опору, а прошлое вцепляется в душу костлявыми пальцами.
***
Несколько дней на работе прошли так, будто весь мир заволокло дымчатой пеленой. Седрик никак не мог сосредоточиться на делах.
— Ты больше не читаешь ее писем? — спросил Рикардо, глядя, как он перебирает конверты, уткнувшись щекой в ладонь.
— Нет, — тихо ответил Седрик.
Рикардо прислонился к столу.
— Ты сам не свой после вашего свидания. Что-то случилось? Расскажи. Я вижу, что ты не в порядке.
Седрик вздохнул так глубоко, будто готовился погрузиться в океан, и, немного помолчав, пробормотал:
— Ладно.
Он говорил неуверенно, обрисовывая детали своего свидания с Энни, и постоянно делал паузы:
— Это был хороший день... Мы гуляли в парке, много разговаривали... Затем пошли к реке. Там было так красиво, как в твоей Италии или Испании... — Седрик попытался перевести разговор на другую тему.
Рикардо резко выпрямился, его глаза потемнели, а голос стал жестким от беспокойства:
— Что потом?
— После кафе мы пошли к ее дому, начался дождь... — продолжил Седрик срывающимся голосом. — Она вдруг остановилась и посмотрела куда-то вперед. Я спросил ее, что случилось, но она будто не слышала меня... — он говорил все тише, будто боялся произнести последние фразы вслух. — Я посмотрел в ту же сторону и увидел человека, стоявшего под дождем, будто его не замечая. Энни побежала к этому мужчине. Оказалось, это ее отец.
Рикардо кивнул, хотя явно еще не понимал, что так взволновало друга. Седрик отвел взгляд. Затем сказал отстраненно:
— Знаешь, я тут вспомнил одну вещь... Когда я увидел Энни в первый раз, у меня екнуло в груди, но я не придал этому значения. И когда она назвала имя брата, я тоже пропустил это мимо ушей. Она показала его фотографию, а я все продолжал отрицать правду…
Лейтенант отшатнулся.
— Боже, Седрик!..
Офицер закрыл глаза, словно пытаясь остановить время. Тишина в комнате давила, как могильная плита. И только капли дождя за окном стучали все настойчивее, предрекая конец его спокойной жизни.
— Тот человек, которого я, возможно, убил почти полгода назад... — прошептал он. — Это был ее брат, Эндрю Гэнджер.
Глава 42
Седрик все глубже погружался в отчаяние. Оно словно пульсировало и затягивало его невидимым водоворотом. Мир вокруг рассыпался на осколки. И среди этого хаоса лишь одно оставалось для Седрика неизменным — боль от осознания собственной вины.
Лейтенант пытался вытащить его из этой пропасти. Теперь им было известно имя предполагаемой жертвы, а значит, появился шанс докопаться до правды. И первым шагом к раскрытию тайны было обратиться к врачу, чтобы понять причины частичной амнезии Седрика. И узнать, можно ли восстановить утерянные фрагменты воспоминаний.
Офицер прошел все необходимые обследования. Но врачи лишь качали головами. Их мнение было единогласно: провалы в памяти инициировал шок, перенесенный Седриком во время пожара. И лишь один из медиков предположил, что причина амнезии может скрываться глубже. Однако Майлз не помнил никакого травмирующего события, которое могло бы случиться с ним в раннем возрасте. И от осознания своей беспомощности и неспособности разобраться с собственной памятью ему становилось еще тяжелее.
— А если я действительно убил его, Рикардо? — прошептал как-то Седрик, сидя в их кабинете и поправляя перчатки. Его голос звучал хрипло.
— Не накручивай себя раньше времени. Мы еще ничего не знаем наверняка, — ответил Родригес, стараясь скрыть неуверенность.
— Ты и сам не веришь в благополучный исход, — горько усмехнулся Седрик, отворачиваясь. Его дыхание стало прерывистым, будто каждый вдох давался с усилием.
Рикардо тяжело вздохнул, но промолчал. Лейтенант избегал поспешных выводов. Сначала нужно было собрать все улики и попытаться сложить их в одно целое.
После суда над группировкой Родригес проверил дела о нераскрытых убийствах с применением огнестрельного оружия за последние четыре месяца. Но ничего похожего на случай Эндрю не нашел. Среди пропавших также не было сына Гэнджера, и лейтенант решил, что Седрик принял за реальность сон, поразительно похожий на правду.
Однако заявление Энни заставило лейтенанта перепроверить архивы, отправить детективов в больницы и морги, разослать запросы в тюрьмы, соседние полицейские департаменты и офис коронера... Но результат оставался нулевым — никаких совпадений или хотя бы намеков. Теперь же лейтенанту предстояло соединить данные, полученные от Седрика и Энни, чтобы найти новую нить в этом клубке.