Седрик снова взял телефон в руки и дрожащими пальцами набрал номер Рикардо. Гудки тянулись бесконечно, пока на том конце провода не раздался голос Селены:
— Да?
В голосе звучало спокойствие, которое сейчас было ему так необходимо. Сбивчиво, стараясь не вызывать у нее панику, он попытался объяснить произошедшее.
Реакция последовала незамедлительно:
— Мы вызываем скорую и выезжаем!
Опираясь спиной о тумбу, Седрик неотрывно следил за входной дверью. К счастью, она была приоткрыта, так что Рикардо и Селена могли войти в квартиру беспрепятственно. Внезапно его затрясло в ледяной лихорадке — силы покидали его с каждой секундой. Веки отяжелели, предвещая немедленный сон. Но Седрик успел краешком сознания уловить, как дверь распахивается и в квартиру вбегает Рикардо…
***
Прошло почти две недели, прежде чем Майлз смог прийти в себя. Сказались все раны, полученные им за последнее время. Однако он был молод, и организм восстанавливался относительно легко.
В то утро, когда ему уже стало гораздо лучше и он спал в своей палате, Рикардо прибыл на службу в штаб-квартиру, полный сомнений. Кабинет лейтенанта, заставленный шкафами с картотекой, наполнился нервной энергией его бесцельных вышагиваний. Пальцы, впившиеся в ремень, оставляли влажные отпечатки на мягкой коже. Взгляд периодически падал на папку с делом об исчезновении Эндрю Гэнджера, лежащую на столе и будто безмолвно обвиняющую лейтенанта в бездействии. Мысли устремились к Седрику. Недавно звонили из больницы — он уже восстанавливается. Сегодня его можно будет навестить. Но что ему сказать? Как вытащить его из этого омута отчаяния?
— Лейтенант! — раздался сзади него голос детектива Стерна, из отдела по поиску пропавших людей.
Родригес обернулся.
— У нас звонок от анонима. Говорит, она располагает информацией об Эндрю Гэнджере.
Лейтенант незамедлительно бросился к телефону Стерна. Секунда перед тем, как Родригес взял трубку устремилась в вечность.
— Лейтенант Родригес слушает!
— Я... я не уверена, стоит ли говорить... — прозвучало сквозь неровное дыхание. — У меня есть информация, которая может быть важной.
— Кто это?
— Если возможно, я бы предпочла сохранить анонимность. Я некоторое время работала в медицинском учреждении… А потом… Я увидела фото одного пропавшего человека по телевизору... и он показался мне знакомым. Я вспомнила больничные записи. И сопоставила факты. То фото в новостях... это мог быть наш пациент.
— Вы готовы встретиться лично? — слова вырвались с глухим ударом сердца.
— Да, но только если это останется анонимным.
— Обещаю. Назовите место!
***
Седрик открыл глаза: больничная палата с бежевыми стенами, резкий запах формалина и хлорки, пропитавший все ткани. Свет, льющийся из окна, мягко окутывал фигуру Рикардо, стоявшего у подоконника. Лейтенант, словно почувствовав взгляд Седрика, повернул голову.
— Наконец-то ты проснулся!
Седрик попытался улыбнуться, но губы, потрескавшиеся от сухости, лишь дрогнули. В этот момент он думал только об одном: он жив, а значит, все его проблемы — тоже. И Гэнджер...
— Послушай меня, — Рикардо прервал его мысли мягким голосом. — Мне жаль, что так вышло. Что я не предотвратил это.
— Это вышло случайно, Рикардо, — Седрик присел на койке, преодолевая тяжесть в груди. — Ты не мог этому помешать.
— Ты был сильно истощен. Конечно, что-то подобное просто обязано было случиться. Главное — правильно объяснить все Хэнлонду.
— Он не поверит, — Седрик покачал головой.
— Я найду аргументы.
Родригес подошел ближе и сел на стул у койки. Какое-то время лейтенант молчал, явно пытаясь спрятать взгляд. Седрик же старался заглянуть в эти теплые карие глаза. В конце концов, Рикардо решился заговорить:
— Я должен тебе кое-что рассказать, — он снова замолчал, пальцы сжали край простыни, светлая ткань смялась. — Сегодня у нас в детективном был звонок…
Родригес рассказал об анониме, а затем наклонился к Седрику. Лицо лейтенанта нахмурилось, как и небо за окном, которое снова готовилось застилать улицы колючим снегом. Седрик почувствовал, будто дыхание угасает в легких.
— Я должен проверить эту информацию, — произнес лейтенант. — Сегодня я сам отправлюсь на встречу с этой женщиной. Извини, я должен был тебя предупредить.