Лейтенант замер, его взгляд устремился куда-то за пределы больничных стен. — Без вводимых Роузом препаратов состояние Эндрю стало значительно улучшаться. Капитан Гэнджер добивается, чтобы его сына перевели сюда. Шансы есть.
Гэнджер тяжело вздохнул, продолжая смотреть на Седрика усталым взглядом. Майлз же уставился в стену, словно в трансе. Он молчал, пытаясь осознать все услышанное.
Глава 68
После этого разговора в палате прошло еще два месяца. Седрика уже давно выписали из больницы, но все это время он продолжал физически и эмоционально восстанавливаться. Шеф Хэнлонд предоставил ему бессрочный отпуск, чтобы Майлз мог полностью посвятить себя реабилитации.
Этот процесс был долгим и непростым: рана от пули в груди еще долго вызывала ноющую боль и чувство слабости, а воспоминания обо всех последних событиях терзали душу. Но Седрик все же медленно шел на поправку — физиотерапия и прогулки по городскому парку вносили в это свою долю. Он заново учился делать рутинные вещи и даже начал готовить себе полноценную еду. А в одно из воскресений он позвонил родителям и сделал первый шаг к примирению.
Однако он до сих пор видел кошмары: как хотел застрелить Гэнджера, как случайно выпустил пулю в себя... А та самая живая тень иногда будто снова смотрела на него из угла комнаты.
А потом с ним связался Уильям Гэнджер. Голос капитана чуть дрожал, когда тот сказал в телефонную трубку:
— Я много думал над этой ситуацией. Да, после того разговора с Энни я решил, что оставлю тебя в покое, если Эндрю сможет очнуться и примет решение простить тебя. Но я не уверен, что смогу оставить все, как есть.
— Что вы хотите сделать, капитан? — Седрик напрягся.
— Мне нужно быть уверенным, что ты изменился. Я хочу, чтобы ты доказал это делом.
— Каким?
— Ты будешь работать под прикрытием. Выполнять самые сложные задания. Если я увижу, что ты и вправду раскаялся, то не буду предпринимать никаких действий против тебя. Всю информацию, которую я получил от сына Уайатта, — все доказательства, фотографии, — я все уничтожу.
— Работать под прикрытием? Это будет трудно сделать. Меня могут расшифровать. На «Змеиную корону» работало множество людей, у которых остались связи в городе...
— Пусть Родригес придумает для тебя легенду, поможет изменить внешность, — перебил его Гэнджер. — Он лучше меня знает, как это делается.
Седрик держал трубку у лица и тяжело дышал...
— Я согласен.
После этого Седрик думал только об Эндрю и о том, сможет ли тот простить его. А потом задавался вопросом: «А смогу ли я простить самого себя?»
Эндрю же удалось вырваться из объятий комы, и его состояние тоже улучшалось. И хотя врачи предупреждали Уильяма и Энни о возможных осложнениях, с каждым днем оптимизм медицинского персонала рос, а вместе с ним крепла и надежда на полное восстановление Эндрю.
***
Они сидели в машине Рикардо, припаркованной у входа в центральную больницу. Седрик уставился сквозь лобовое стекло на монолит медицинского учреждения, ставшего новым пристанищем для сына Гэнджера. Снежинки, как светлячки, беззвучно бились о лобовое стекло.
— Ты подумал насчет требования капитана? — спросил Седрик, не поворачиваясь к Рикардо.
— Да. Сделаем так. По легенде тебя уволят из полиции из-за психо-эмоциональной нестабильности и ты уедешь в другой город. На самом же деле, ты сменишь квартиру на небольшой одноэтажный домик в пригороде. Получишь документы на другое имя, перекрасишь волосы, купишь цветные линзы… Тебя будет невозможно узнать. Ты будешь обучаться у Стэнли Хоука. Он научит тебя всему необходимому для работы под прикрытием. Будешь посещать специально назначенного для таких офицеров психолога. Со временем ты вживешься в новую роль.
— А что, если Эндрю решит отомстить мне? Если он ни за что не простит меня, даже, если простит его отец?
— Он еще не решил окончательно, как относиться к тебе и твоему поступку. Я рассказал ему все, что мы с тобой знаем о произошедшем в тот день. Теперь ты должен сам поговорить с ним.
Спокойствие Рикардо согревало Майлза. Но страх все еще копошился внутри, холодный, цепкий и неотвязный.
— Рикардо, я ведь все понимаю. — опустил голову Седрик. — Даже, если он и его отец простят меня, есть еще множество людей, которые могут…
— Седрик, надо решать проблемы по очереди. Сейчас для тебя главное — решение Эндрю. Остальным мы займемся позже. — Рикардо открыл дверь машины, впуская внутрь морозный воздух. — Идем?
Ответом стал беззвучный кивок.
Они вошли в больницу, и фойе встретило их знакомым стерильным безразличием.
— Его палата на втором этаже, слева, — сказал Рикардо Седрику. — Проводить тебя?