О да, побывав на трех приемах подряд, я начал понимать государя и затеянную им чистку именитых фамилий. Очнувшаяся от спячки после находки щенков и наконец хоть слабо, но вменяемо заработавшая эмпатия стала моим наказанием на этих пышных кичливых сборищах. Нет, я не могу сказать, что все гости этих приемов без исключения оказались чванливыми ничтожествами, вовсе нет! Среди них хватало вполне приличных людей, приходивших на эти ярмарки тщеславия не для того, чтобы похвастать очередным брильянтовым гарнитуром и насладиться завистью в глазах окружающих, а со своими порой меркантильными, но вполне понятными целями. Были там и те, кто приходил работать… но общее ощущение от присутствия на приемах у меня оказалось весьма специфичным.
Болотный смрад. Чванство, зависть, хвастовство славой предков при полной никчемности самих носителей известных фамилий. Дьявол! Да я еле сдерживался, чтобы не кривиться, когда какой-нибудь расфуфыренный толстяк со знаком воя на шее, принимался, размахивая потными, по-женски мягкими ладошками, рассуждать о стихиях, техниках, Эфире или пуще того, о военной службе. Сам-то он где служит? Ах нет же, боярич имярек занят делами рода, увлекается ставк… прошу прощения, скачками, разумеется, и к тому же просто божественно поет цыганские романсы. Как?! Вы не слышали? Ну, сударь мой, много потеряли, уверяю. Это талант, определенно талант.
Тьфу, немочь бледная!
Нет, прав Лесоруб. На все сто сорок шесть процентов прав. Если «это» на полном серьезе мнит себя аристократией, элитой общества… то здесь может помочь только ампутация. Как говорила одна резкая, но умная женщина: «Резать к чертовой матери! Не дожидаясь перитонита!»
Единственным моим спасением на этих сборищах была компания Великой Мегеры. Старуха Посадская со всей присущей ей прямолинейностью громыхала на весь зал, описывая тех или иных типусов, имевших несчастье попасться ей на глаза, а я, равно как и окружавшие боярыню старые друзья и подруги, с удовольствием слушал даваемые ею краткие, но чрезвычайно емкие характеристики. А уж как интересно было наблюдать за описываемыми личностями, которые, едва заслышав свое имя в устах боярыни, начинали метаться по залу, пытаясь ввинтиться в толпу, исчезнуть, раствориться в нетях… Жаль, что подобные выходки Елена Павловна позволяет себе не столь часто. Впрочем, даже обычное общение с этой монументальной женщиной и окружающей ее компанией старых змей стало для меня отдушиной, которая позволила переживать эти приемы без разрушительных последствий для моей психики… и физиономий иных гостей. Но кто бы знал, каким вымотанным я возвращался под утро домой!
Понятное дело, что в такой обстановке известие о скором прибытии на базу «Гремлинов» Илоны Стенич я встретил с небывалым энтузиазмом… и в момент слинял из собственного дома, едва прочитав полученное от Рогова сообщение.
Несмотря на усталость, навалившуюся на меня после трех открытых на максимальную дальность «окон», своего свежеиспеченного вассала я вышел встречать, как положено по здешним традициям. Да, пришлось напрячь Гдовицкого и уже обжившихся на пульте БИЦ Гиза и Историка для проверки приближающихся к базе машин, но оно того стоило. Так что, едва на дороге, в прямой видимости въездного КПП, показалась куцая колонна из двух тентованных грузовиков с явно проглядывающим военным прошлым, ворота базы приветливо разошлись в стороны, а установленные в бетонном капонире прямо за ними тяжелые спарки задрали стволы в небо… насколько это было вообще возможно, учитывая, что именно эти орудия совсем не предназначены для ведения зенитного огня.
Стенич же, очевидно, решила ответить любезностью на любезность. Добравшись до ворот, грузовики остановились, и из кузова ведомой машины горохом посыпались бойцы в полном снаряжении, но… с оружием по-походному. Следом хлопнула дверца первого грузовика, и к застывшему на обочине рядку из семи вояк присоединилась сама Илона. На территорию базы гости вошли строем. Не очень ровным, но, право слово, это же не «первая встречная» Преображенского полка! Наемникам носочек тянуть не надо, другие у них задачи и привычки другие.
Пока короткая колонна гостей добиралась до центрального жилого модуля, где я дожидался их в компании Гдовицкого и Толстого, их машины, тихо гудя движками, доехали до навеса летней стоянки. Хлопнули дверцы, и водители шустро нагнали своих коллег как раз в тот момент, когда возглавляемый Ведьмой отряд оказался в десятке шагов от нас.
Итого бывший майор привела с собой неполный десяток бойцов… не «Пардусов», судя по тому, что в отличие от самой Ведьмы шевронов этого отряда у них нет. Три женщины и шесть мужчин, все в возрасте «слегка за сорок», в обмятой, ладно сидящей форме без знаков различия, привычно таскающие снарягу и вооружение. Наемники-ветераны… этих не нужно учить воевать. Сами кого хочешь научат!