— Вообще встречать вас должен не я, но с начальством не поспоришь, — продолжил мужчина, аккуратно сложив газету по линиям сгиба и бросив её под скамейку. — Я здешний детектив, а вы, значит, брошенная возлюбленным Нуазетт Ларуш?
Барышня пришла в замешательство. Она не припоминала, что бы называла своё имя. Возможно, псевдоним уже сросся с ней, но на лбу он точно не проступил. Расценив молчание знаком согласия, полицейский достал блокнот и стал что-то усердно записывать. Это привело девушку в настоящее отчаяние. Ещё вчера, оставшись без работы, она представляла, как будет ночевать на вокзале, и вот она уже здесь! «Мысли материальны» — часто слышала Мари на занятиях по психонетике. А раз на всё воля законов мирозданья, пусть детектив поищет и её несуществующего возлюбленного, и утерянный багаж.
— А это разве не он? — сыщик указал на старые чемоданы, рядом с которыми только что сидел. — Ваша псина копошится там со знанием дела.
Словно почуяв, что говорят о нём, папийон вернулся, держа в зубах какой-то мелкий продолговатый предмет. Им оказался криво заточенный карандаш. Девушка поспешила отобраться добычу и выкинуть подальше. Вряд ли профессор одобрил бы, что его питомец тянул в рот всякую дрянь. Герц же был решительно против.
— Не думаю, что в Городе Теней вам понадобиться багаж, — уже серьёзно произнёс детектив. — Впрочем, как и возлюбленный.
Положив переноску на перрон, Мари упёрла руки в бока и стала объяснять незадачливому сыщику, что она архитектор, а в багаже были её инструменты. С грустью вспоминая модные шляпки и перчатки, что она захватила с собой в поездку, девушка почти выдавила слезу. Вжившись в роль, бедняжка обрела чувство уверенности. Даже упомянутый вскользь циркуль мог служить ей гарантом безопасности. А сравнив его с лупой, которая стояла на вооружении у стражей правопорядка, девушка надеялась, что детектив поймет ее плачевное положение.
— Предпочитаю наручники, — сухо ответил мужчина, вновь делая пометки. — Везёте что-нибудь запрещённое?
— Книги? — подумав, уточнила Вермон.
Оторвавшись от блокнота, детектив уставился на неё, а потом хмыкнул. Новоиспечённому архитектору так и хотелось ответить что-нибудь колкое, но под ногами снова началась возня. Герц отыскал карандаш и, вцепившись в него клыками, явно был не намерен с ним расставаться. Мари приложила немало усилий, чтобы одолеть рычащего зверя. И на этот раз она закинула карандаш за спину, чтобы папийон ничего не заметил. Однако за этим тут же послышалось чьё-то протяжное «ой!». Девушка повернулась и ахнула, уставившись на призрака, что появился за прилавком киоска. Одноглазый мужчина, светившийся, как ионизированный газ, протягивал ей карандаш. Глаза он, вероятно, лишился ещё при жизни, но неуклюжей метательнице всё равно стало стыдно. Вспомнив, что пялиться на людей — живых или мёртвых — некультурно, госпожа Вермон уставилась на заострённый, точно у иглы, кончик карандаша. Мари слышала о полтергейстах, что гремят тарелками и швыряют тапки, но она всё равно задалась вопросом, каким же образом чья-то неупокоенная душа могла взаимодействовать с материальными предметами?
— Это не моё, — открестилась девушка.
— Как же не ваше? — усмехнулся сыщик, наблюдая за происходящим. — Вы же у нас архитектор. Обыщи вас, мэм, и циркуль найдётся.
От столь вопиющего предложения щёки предательски зарделись. Будь проклята эта дамская чувствительность! Девушка выхватила карандаш, который приобрёл странное свечение, и бросила грозный взгляд на детектива. Лучше убраться отсюда подальше, пока он не обвинил её в покушении на убийство мертвеца. Это было бы вполне уместно, ведь Городом Теней правил сюр. Утром профессор был уверен, что она найдёт иголку в стоге сена, но, на самом деле, ей предстояло залезть в игольное ушко.
3. Фантомы и механический дог
Когда вокзал с лирическим названием «Станция забытых мечт» остался позади, энтузиазм госпожи Вермон сошёл на нет. Растерянно оглядывая улицу, полную горожан, девушка не знала, куда ей податься. Мятущиеся в панике приезжие, вероятно, были для местных жителей не в новинку, но Мари любила определённость. Без пяти минут актриса, она явно умела попадать в неприятности и виртуозно воплощать в жизнь сценарий трагикомического фарса. Особенно сейчас, когда всё вокруг казалось сплошным оптическим театром. Вот только никто не сказал, чем закончится постановка: режиссёр уехал в отпуск, а сценариста увезли в дурдом.
Как ни прискорбно, но детектив был прав: в этом мире легко потеряться. Однако это ещё не значит, что нужно опускать руки. В них надо держать компас. И чем крепче его держать, тем уверенней он определяет направление. Приняв к сведению собственный совет, Вермон стиснула кулак и обнаружила в нём карандаш. Девать его было некуда, поэтому девушка спрятала предмет в ридикюль.