Глава 2. Какой из тебя директор?
Ярослав
Когда я очнулся, то ничего не чувствовал. Ничего, кроме боли, тошноты и беспомощности.
Я много спал и редко был в сознании. Каждый раз, продираясь через ад пробуждения, я разлеплял глаза, мечтая увидеть Машу. Мое желание сбылось лишь однажды. В ушах шумело, и я ощущал себя пьяным в дрова, но попытался зацепиться за реальность.
Маша заплакала и что-то стала мне рассказывать. Я с трудом улавливал звуки, слова, почти не понимал, чего жена от меня хочет. Когда она вложила мне в ладонь ручку, я подписал.
На этом силы кончились, и я отрубился. Может, на час. А может, на год?
В детстве бабушка смотрела Санта-Барбару, где пару лет в коме валялся Сиси Кэпвел. Я всегда над ним угорал.
Зря. Карма настигла.
Пожалуй, калифорнийскому коматознику повезло больше. Он хотя бы не просыпался и не мучился, как я.
Я продолжал ждать Машу как свет в конце тоннеля. Однако намного чаще около моей кровати крутилась какая-то девчонка.
- Ты кто? - спросил я ее однажды, чувствуя чуть больше сил.
Девушка положила мне ладонь на лоб, погладила и ласково сказала:
- Тшшш, Ярослав. Вам пока лучше тихонько полежать. Не тратьте силы.
Ее голос казался немного знакомым. При этом ее лицо я точно никогда не видел раньше, иначе бы запомнил. Она была очень симпатичная. Курносый нос и прямые светлые волосы, а глаза лучистые, ясные.
- Все будет хорошо, - пообещала девушка и погладила меня по волосам.
Я вроде вспомнил, где ее видел, но сразу снова позабыл и отключился.
Когда я немного окреп, то именно она стояла за спиной моего лечащего врача.
Выслушав неутешительную правду о моем состоянии, я спросил:
- Моя жена знает?
Доктор кратко кивнул. Девушка за его спиной кусала губы.
До меня вроде доходили его слова. Хирург вещал о важном, но я его не слушал. У меня в голове не укладывалось, почему я здесь столько времени один. Ни жены, ни дочери за столько дней я не видел.
Ладно, таскать Тоню в больницу к парализованному отцу - так себе идея. Но почему Маша меня не навещала?
Врач закончил свою речь и без лишних сантиментов вышел. Со мной осталась та юная сестричка. Она присела на стул у кровати и долго молчала.
Ее плечики дрожали. Она смотрела вниз на свои сцепленные в замок руки. Только когда что-то горячее капнуло на мою руку, я понял, что она плачет.
- Простите меня, Ярослав, - всхлипнула девушка. - Это я виновата.
- Боюсь, у вас не хватило бы сил раздолбать мою спину тяжеленным ящиком. Кажется, это был мужчина.
- Вы спасли меня.
Она взяла себя в руки и прекратила всхлипывать, но продолжала вытирать глаза.
- Это меня пнул тот придурок. Вы меня спасли, а потом...
Девушка замолчала. Она прерывисто выдохнула и снова извинилась.
- Мне очень жаль, Ярослав. Простите, пожалуйста.
Ее слова должны были меня тронуть, но я не чувствовал ни черта.
Не злился, не хотел ее успокаивать, не винил ни в чем.
- Я думал, вы медсестра. Вы здесь работаете? - спросил я.
- Э, ну да. Вроде того, - проговорила она.
- Можете оказать мне услугу?
- Да, конечно. Все, что смогу, сделаю.
- Попробуйте связаться с моей женой? Я хочу ее увидеть.
Она встала со стула. Я заметил, как девушка сжала руки. Думал, она мне откажет. Все остальные представители больницы уверяли меня, что Маша скоро придет. Вот-вот. Или к вечеру. Или завтра. Каждый день кормили этими байками.
Если девчонка чувствует себя виноватой, может, от нее будет толк.
- Я постараюсь, - сказала девушка.
Мне показалось, что в ее голосе и взгляде мелькнуло осуждение.
Я стал объяснять:
- Мне сестра обещала, но так и не позвонила. Такое ощущение, что Маша не знает о моем состоянии. Я понимаю, у вас отличная больница, много народу. Наверное, моя сестра забыла. Я все понимаю...
От долгой речи у меня закружилась голова, а горло пересохло. Я перевел дыхание, так и не закончив предложение.
Девушка сразу поняла мое состояние. Она подала мне воды.
- Вы берегите силы, Ярослав. Я все поняла, обязательно помогу вам.
Она попыталась улыбнуться, но ее губы лишь на мгновение дрогнули. Она еще раз погладила меня по голове, проговорила:
- Отдыхайте, пожалуйста.