В то же время было бы лицемерием притворяться, будто в Opus Dei отсутствует сильное стремление к преуспеянию членов, поскольку профессиональное совершенство рассматривается как доброе оружие христианина. Теория гласит, что когда завоюешь уважение коллег на профессиональном уровне, они с гораздо большим вниманием выслушают твои размышления по вопросам веры. Вот как ставит этот вопрос член Opus Dei Доминик ле Торно в своей книге What is Opus Dei? (1984): «Чтобы завоевать окружающих, человек должен собраться с духом и выполнять свои обязанности так же хорошо, как самый лучший из его коллег, и, если возможно, лучше его».
Один итальянский нумерарий поставил перед членами Opus Dei духовную задачу борьбы за то, чтобы быть «лучше лучшего», таким образом: «Действительная опасность состоит не в том, что мы придем к поклонению мирским успехам и к мысли, что мы должны доказать свою богоизбранность, как это делают кальвинисты. Действительная опасность в том, что мы можем принять средства за цель. Это может произойти, когда вы стараетесь хорошо выполнять свою работу, потому что Отец этого от вас ждет, и вы думаете о работе утром, днем и ночью. Это занимает вашу душу, ваш ум, и вы забываете действительную причину, по которой вы все это делаете. Для Opus Dei быть занятым и хорошо выполнять свою работу — очень важно, но все это предназначается для освящения мира. Проблема в том, чтобы об этом помнить».
Глава четвертая
МОЛИТВЕННЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ В ГУЩЕ ЖИЗНИ
В прошедшем году я несколько раз совершал долгие поездки на машине с членами Opus Dei. Например, 9 июля 2004 года я ехал в Анды с отцом Климентом Ортега, пастором церкви Святого Пророка и Предтечи Господня Иоанна Крестителя из города Матукана, который находится в двух часах езды от Лимы. Ортеге пятьдесят два года, он окормляет двадцать четыре небольших прихода в отдаленных горных деревнях. Некоторые из этих деревень находятся не более чем в семидесяти километрах от Лимы, если считать по прямой, но поездка по узким грязным дорогам занимает у него четыре — пять часов. Ортега — нетипичный вариант пастора: деревенские прихожане видят его раз в три недели, в то время как большинство священников появляются перед своими общинами в Андах раз в два месяца или даже реже.
Ортега — член Священнического общества Святого Креста, и его должность простого приходского священника в Матукане опровергает представление об элитарности Opus Dei. В его доме нет водопровода, и если вы хотите ночью воспользоваться туалетом, вам нужно втащить ведра с водой наверх в гостевую комнату. Домашний телефон Ортега не принимает междугородние звонки, а мобильные телефоны на таком расстоянии от Лимы не действуют, поэтому однажды утром я как бы участвовал в сцене фильма Роман с камнем с Майклом Дугласом, снятого в 1980-е годы, отчаянно пытаясь набрать побольше мелочи, чтобы дозвониться по городскому автомату до Рима и внести правку в мою еженедельную газетную колонку.
Когда я ехал с Ортегой в горы, наш путь петлял по узким грязным тропкам, которые заменяют дороги в этой части мира, и я заметил много маленьких придорожных памятников, украшенных цветами. Я подумал, что это какие-то предметы перуанского религиозного культа, и спросил об этом у Ортеги. «О нет, — ответил он. — Это места, где кто-то погиб в аварии на дороге». Это был не самый ободряющий ответ, поскольку мы как раз выполняли крутой поворот на сразу показавшейся мне головокружительной скорости. (На самом деле за все утро мы проехали какие-то девяносто миль.)
Где-то в середине пути Ортега вытащил из кармана молитвенник и объявил, что настало время помолиться. В машине с нами были двое нумерариев, которые тоже мгновенно достали молитвенники, и Ортега, стараясь перекричать рев колес джипа, вычитывал тексты молитв.
Подобное я наблюдал и в других обстоятельствах, хотя и не в столь опасных, — например, по дороге из Барселоны в Барбастро, или из Лимы в Канете, или из Найроби в аэропорт. Только что мы говорили о политике или о спорте, а в следующую минуту зачитываем отрывок из Эскрива, после чего предаемся медитации. Это одно из проявлений того, что члены Opus Dei имеют в виду под «молитвенными размышлениями в гуще жизни». Им не нужно удаляться на специальную «духовную» территорию, чтобы помолиться, они могут это сделать в своем обычном повседневном окружении, там, где они работают, играют, живут. В этом смысле молитва — естественное продолжение повседневной жизни.