Но так было не всегда.
В конце 1930-х — начале 1940-х годов, когда в Испании впервые началась полемика вокруг Opus Dei, Эскрива и небольшая группа его последователей обвинялись практически во всем: в ереси, в разрушении религии, следовании странным масонским и каббалистическим ритуалам, даже в наличии тайных туннелей под центрами, в которых они плели заговоры. Но ни один испанец в те годы не возражал против практики умерщвления плоти, которая существовала в Opus Dei. Это было настолько в духе времени, что возражение было бы равносильно протесту против чтения молитвы Богоматери по четкам. Например, власяницы, сделанные из грубой ткани, часто сплетенные из козьей шерсти со вставленной туда цепью с шипами, носившиеся в качестве нижнего белья или пояса, специально чтобы причинить неудобство, были обычным предметом духовного арсенала католиков, в том числе великих святых и теологов. По словам его секретаря, Павел VI носил власяницу до самой смерти. Когда в 1988 году умер известный швейцарский теолог Ханс фон Бальтазар, один из его коллег нашел в шкафу власяницу. В начале XX века, когда формировался Opus Dei, монахи-картезианцы и кармелиты, как правило, носили власяницу. Другие ордена использовали flagellum, или бич, — ритуал восходил к святому Петру Дамиани, в XI веке прославлявшему самобичевание как превосходный вид духовной дисциплины.
Рассказывая об этом, члены Opus Dei иногда сравнивают вериги с четками. Ни то, ни другое, утверждают они, не придумано Opus Dei. Возможно, и то и другое сейчас не в чести, но это не уменьшает роль этих предметов в церковной традиции и не означает, что они должны присутствовать в подлинной католической духовности. «Ради Бога, мы унаследовали вериги, — сказал мне один нумерарий. — Почему люди относятся к этому как к чему-то особенному?»
Тем не менее времена изменились, и поскольку эти вещи не просто не в почете, но в различных кругах считаются самоубийственными и своего рода психическим отклонением, тот факт, что Opus Dei остается им верен, стал одним из самых привлекающих внимание аспектов истории организации. Это особенно характерно для англосаксонских цивилизаций, в которых часто отсутствуют традиции духовного атлетизма, характерные для Испании и Италии. Для критиков Opus Dei практика умерщвления плоти является примером безжалостного подхода Opus Dei к своим членам, когда организация желает владеть их телами и душами. Для поклонников есть что-то пленительное в том, что Opus Dei отказывается приспосабливать свою духовную программу к меняющимся вкусам эпохи.
Как уже отмечалось в главе 1, «усмирение» является частью духовной программы всех членов Opus Dei. Но практику умерщвления плоти, так волнующую воображение публики, осуществляют только члены Opus Dei, давшие обет безбрачия, — около 30 процентов от общего числа. Супернумерарии, в большинстве своем женатые и замужние миряне, не носят вериги и не бичуют себя во время молитвы. Они слишком заняты готовкой, домашними заданиями детей, уборкой, оплатой счетов. Это не означает, что супернумерарии не осуществляют актов «усмирения гордыни», но обычно они принимают другую форму — например, вынести мусор вне очереди, не раздражаться, когда ребенок в который раз совершает ту же ошибку.
Вот перечень актов усмирения, совершаемых членами Opus Dei, давшими обет безбрачия.
• Вериги. Цепь с шипами, которая носится на внутренней стороне бедра в течение двух часов ежедневно, за исключением церковных праздников и воскресений. Она оставляет на теле небольшие колотые ранки. Некоторые бывшие члены Opus Dei рассказывают, что нумерарии не любят находиться в купальных костюмах в присутствии не членов Opus Dei, поскольку их смущает внимание к физическим следам от ношения вериг. Нумерарии рассказывали мне, что они не стремятся носить вериги вне центров или своих офисов, так как это привлекает к ним внимание и отдаляет от коллег и друзей, которые могут быть против смирения такого рода. Для ношения вериг они изыскивают время дома утром или по вечерам. С другой стороны, нумерарий Opus Dei, который работает хирургом в клинике при Наваррском университете, рассказал мне, что иногда он надевает вериги во время операции. Он сказал, что это помогает ему сконцентрироваться и напоминает, что он делает не просто операцию пациенту, но совершает это для Бога.