«Супернумерарии не всегда в курсе деталей образа жизни и посвящения нумерариев, но им, безусловно, рассказывают об этом, если заходит речь. Основное для Opus Dei — щедрость в принесении простых повседневных ежедневных жертв, а не в некоторых дополнительных скромных наказаниях, которые до сих пор совершаются членами, соблюдающими целибат», — сказала она.
Некоторые члены Opus Dei считают, что хотя бы одно преимущество есть в публичном обсуждении умерщвления плоти, возникшем в струе Кода да Винчи, — теперь никто не скажет, что не знал о том, что подобные вещи происходят в Opus Dei. Хорошо это или плохо, но это уже достояние гласности.
Хефферан сказала, что в Opus Dei не воспринимают личную практику Эскрива как абсолют, и современная культура поведения организации движется в противоположном направлении.
«Святой Хосемария говорил, что не нужно подражать его практике умерщвления. Как Основатель он сознавал, что Господь требует от него незаурядного и отличающегося от других наказания. Мне лично никогда ничего не советовали, ни к чему не поощряли, и я никогда не слышала, чтобы кому-то рекомендовали нанести себе ущерб… На самом деле я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь буквально следовал примеру Основателя. Если бы любой директор центра узнал, что кто-то из членов это делает, он бы тут же отсоветовал так поступать, поскольку это противоречит практике наказания у нумерариев».
«Люди считают, что члены Opus Dei выбирают наказание, пытаясь подражать Христу, — сказала Хефферан. — Я думаю, проблема в том, чтобы помочь людям понять, что самоотречение является способом участия в страданиях Христа, и члены Opus Dei совершают его, соблюдая умеренность и здравый смысл».
Глава девятая
ЖЕНЩИНЫ
Барбастро, где в 1902 году родился Эскрива, — маленький провинциальный городок Испании, который, несмотря на славу своего уроженца, не привык к визитам иностранных журналистов. Когда я туда приехал в июне 2004 года, мэр, вице-мэр и пара местных сановников устроили в мою честь обед. Это было связано и с тем, что сопровождающий меня испанский нумерарий Маноло Гарридо уже два года жил в этом районе и служил в отделе информации при расположенной поблизости базилике Торресыодад. По испанским обычаям наш обед должен был начаться в 22.00, а по обычаям Гарридо, прогулка по городской площади, где находился ресторан, заняла у нас почти час, поскольку нужно было побеседовать с каждым владельцем бара или магазина. Мы приступили к еде около 23–00 и закончили уже где-то утром.
Меня посадили между двумя людьми, которые достаточно бегло говорили по-итальянски, чтобы я мог поддерживать застольную беседу. Одним из них был мужчина, испанский нумерарий, другим — женщина, вице-мэр Барбастро, социалистка, Инмакулада Эрвас. Очаровательная, прекрасно выражающая свои мысли женщина примерно тридцати лет, она старалась произвести впечатление на гостей города. Однако по мере продолжения вечера и особенно по мере подачи все более замечательных красных вин начали проясняться некие обстоятельства. Выяснилось, что хотя Эрвас, как любая жительница Арагона, гордится Эскрива, она не сторонница Opus Dei. Возможно, отчасти из-за того, что она считает его политически консервативным. Но также это было связано с ощущением, что в Opus Dei есть что-то враждебное женщинам — своего рода страх перед женщинами и сексуальностью, который трансформируется в восприятие их как граждан второго сорта.
Это стало ясным, когда Эрвас спросила, что я думаю о женщинах Opus Dei. Я описал нескольких встреченных мною женщин, которые произвели на меня глубокое впечатление, но добавил, что был потрясен сильным разделением между мужчинами и женщинами. Другой мой сосед, испанский нумерарий, принял вызов и стал объяснять мне духовные и канонические причины этого явления с точки зрения Opus Dei. Когда он закончил, я повернулся к Эрвас, эмансипированной европейской женщине с левыми взглядами, и спросил, что она думает о причинах разделения мужчин и женщин в Opus Dei.
«Это просто, — ответила она. — Что касается мужчин Opus Dei, то они все считают себя Адамами, а нас Евами».
Ее слова вызвали стон у нумерария, и последующий обмен мнениями затянулся далеко за полночь. Однако суть в том, что в словах Эрвас кристаллизуется мнение многих сторонних наблюдателей о том, что в Opus Dei существует страх перед женщинами, а также мужской шовинизм, который порождает сепаратизм и традиционную зависимость от мужчины.