Я медленно открываю глаза, и на его лице появляется лёгкая улыбка — такая же тихая и тёплая, как всё, что произошло между нами.
— Ты не должна бояться, Полина, — говорит он, его голос как-то мягче, чем обычно.
Я не могу найти слов. Всё внутри меня сжато, как струна, но одновременно в этом есть какое-то спокойствие, которое я раньше не чувствовала.
8.
Всю ночь я не могу уснуть. Я верчусь больше часа, но, осознав, что сна ни в одном глазу, решаю пойти на кухню, выпить чаю. За окном серая темнота, лишь редкие огоньки фонарей освещают пустую улицу. Холодный пол кухни слегка бодрит, и звук кипящей воды кажется единственным движением в этом застывшем мире.
Я смотрю в окно, но взгляд скользит мимо серой темноты улицы. Я думаю не о том, что вижу, а о том, что произошло накануне. Прикосновения Максима, его теплые ладони, уверенно касающиеся моей кожи, его губы, такие нежные и жадные одновременно, на моих — это не отпускает меня.
Сердце начинает биться чаще при одном только воспоминании. Я словно снова чувствую его дыхание, слышу, как он шепчет что-то едва различимое, но полное чувств. Этот миг кажется бесконечным, оставляя внутри легкое, но сладостное волнение.
Может быть, это было всего лишь мгновение, но сейчас оно заполняет меня целиком, вытесняя мысли о сне или чем-то еще.
Внезапно за спиной раздается голос Антона.
— Полина, ты почему не спишь?
Я резко оборачиваюсь, и на мгновение теряю речь. Молча смотрю на мужа, не в силах сразу понять, что сказать. Его взгляд — настороженный, как всегда, но с оттенком непонимания, что, к странному стыду, заставляет меня чувствовать себя уязвимой.
Он замечает моё замешательство, и странно хмыкнув, добавляет:
— Ты ничего не хочешь мне сказать?
Его тон — немного насмешливый, но в нем есть нечто большее, что заставляет меня почувствовать себя еще более неловко. Как будто он видит всё, что я пытаюсь скрыть, и я, внезапно осознавая это, не знаю, что ответить.
Тяжело вздохнув, я трясу головой и сажусь за стол.
— Мне не спится, — тихо говорю я, как будто этот факт сам по себе что-то объясняет.
Антон кивает и без лишних слов идет к кулеру, чтобы налить себе воды и вдруг спрашивает:
— Я снова уеду на выходные. Ты ведь не против?
— Нет, — отвечаю я спокойно, не поднимая взгляда. — К Олегу?
— Да.
Антон уже почти выходит из кухни, но я, словно ошеломленная собственными мыслями, неожиданно для самой себя окликаю его:
— Антон!
Он останавливается и поворачивается.
— Что?
Я молчу секунду, пытаясь найти слова, которые бы не разрушили всё, что осталось между нами.
— Тебе не кажется, что с нашим браком что-то не так?
Голос звучит странно — слишком серьёзно. Несколько секунд Антон молча смотрит на меня, как будто пытаясь понять, что я на самом деле имею в виду. А потом, с той самой усталой интонацией, которая становится всё более знакомой, он отвечает:
— Мне кажется, что ты всё усложняешь. Как всегда.
И, не дав мне времени на ответ, он выходит, оставляя меня наедине с собой и своими мыслями.
В выходные, когда Антон уезжает к своему другу Олегу, Соня, как всегда, не упускает шанса предложить что-то новое. Она уговаривает меня пойти на концерт Максима.
Сначала я отнекиваюсь, уверяя себя, что не готова к этому. Но как только эти слова выходят из моих уст, я ощущаю что-то странное — лёгкое, почти невидимое напряжение внутри, как будто сердце предчувствует нечто важное. Трепетное ожидание, которое я не могу объяснить.
Соня замечает мою нерешительность и, не давая мне времени на раздумья, начинает расписывать все плюсы этого вечера, но я уже не слушаю её. Мой внутренний мир затуманен воспоминаниями о Максиме, и я понимаю, что не могу отмахнуться от этого ощущения, будто встреча с ним — неизбежность.
Мы достаем билеты, и уже через пару часов оказываемся в знакомом зале. Зал наполняется звуками, которые словно обвивают нас и проникают в каждую клеточку тела. Максим, как всегда, безупречен. Он дирижирует с такой уверенностью, что каждое его движение кажется наполненным глубоким смыслом. Его палочка скользит в воздухе, и оркестр следует за каждым его жестом, точно понимая его намерения.
Мне кажется, что каждое его движение передает не только музыку, но и его эмоции, его мысли. Он словно разговаривает с музыкантами и с нами, зрителями, и я чувствую, как этот невидимый диалог захватывает меня. В этот момент весь мир исчезает, остаётся только он и магия, которая творится на сцене.
После выступления мы направляемся за кулисы, чтобы поздороваться. Максим сразу замечает нас, но не успевает ничего сказать, так как Соня, не сдерживая эмоций, бурно встречает его.