К половине одиннадцатого утра на стойке регистрации отметились восемь участников, все они были представителями ММБИ и ПКБ. Участники проходили в огромный концертный зал, рассчитанный на полторы тысячи зрителей, и занимали места в центре первого и второго рядов партера.
В одиннадцать часов я вошел в зал и увидел, что в президиуме, на сцене, находится вдвое больше людей, чем в зале.
В театре это бы назвали провалом.
Я вышел на улицу. Перед входом в отель стоял Артем и нервно курил.
– Двадцать пять человек, – сказал я, – из них семнадцать в президиуме.
– Что ж теперь делать? – спросил Артем с растерянностью в глазах.
Подошли Макс и Женя.
– Канадцы в недоумении, – начал Макс, – не понимают, что происходит…
– И участники, кстати, тоже не понимают, – добавила Женя.
– Что будем делать? – повторил свой вопрос Артем.
– Надо всем объяснить, что произошло недоразумение, большинство участников получили приглашения, в которых дата начала семинара через две недели, – начала Женя, – ошибка «выплыла» сегодня утром и мы попробуем завтра все исправить. Это версия для канадцев и немногочисленных гостей. А что мы будем делать завтра, я не знаю.
– Так и сделаем, – ожил Артем и сказал, обращаясь ко мне: – Твоим ребятам надо срочно браться за телефон и приглашать всех на бесплатные лекции.
– Понятно, – сказал я.
Вечером после провала состоялся торжественный ужин. Банкет был организован в русском стиле: всевозможные закуски и соленья, гусь с яблоками, поросенок с гречневой кашей, запеченная стерлядь. Вероятно, шеф-повар недавно пересмотрел сцену царского обеда из фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Канадцы были в восторге. На ужин мы пригласили всех без исключения сотрудников компании, многих даже с семьями, но, несмотря на эти меры, две трети блюд остались нетронутыми.
Блюда, подлежащие транспортировке, были перевезены в офис, где и служили некоторое время вторым завтраком, обедом и ранним ужином наших сотрудников.
В результате всеобщих усилий на следующий день участие в семинарах приняли около сорока человек.
Женя отработала с журналистами, и статьи в деловой прессе вышли с хвалебными отзывами о полезном и нужном начинании.
Я и не думал, что это веселое мероприятие сможет так изменить судьбу нашей компании, судьбы всех нас.
К концу мероприятия Женя была совершенно измотана, сказались бессонные ночи в преддверии семинаров, стресс от эффекта нововведений Артема и усилия, затраченные на минимизацию их последствий.
Окончание последнего дня работы семинаров отмечалось в ночном клубе отеля. Женя почти ничего не ела, и выпитый аперитив сыграл с ней злую шутку. Я проводил ее до стоянки такси и посадил в «Волгу».
– Мне уже лучше, – сказала Женя, – я, пожалуй, прокачусь немного и вернусь к гостям.
– Если так, то я, пожалуй, составлю тебе компанию.
Запыленные улицы летней Москвы при свете дня производили тягостное впечатление, но ночной город мне нравился. Темнота скрывала некачественную уборку городских улиц и словно тональным кремом покрывала растрескавшиеся фасады зданий.
Я решил не возвращаться в «Орленок» и предложил Жене подвезти меня домой, а потом водитель вернет ее к гостям.
Проезжая по Нижней Масловке, я сказал, что тут живет Олег, мой сокурсник и заместитель. Подъехав к его дому, я увидел, что в окнах его квартиры горит свет, и предложил подняться.
Олег еще днем сказал мне, что не хотел бы идти в ночной клуб, и, по моим расчетам, давно должен был быть дома.
Через пять минут, сидя в его гостиной, мы пили коньяк Otard, предусмотрительно захваченный Олегом с банкета тремя днями ранее. В шесть часов утра я решил, что хотя бы два часа сна мне необходимо, и ушел в спальню. Олег и Женя, проговорив всю ночь, разбудили меня в половине десятого.
Олег напомнил, что наш офис открывается в девять и штраф за опоздание нам всем уже обеспечен.
Но штрафа нам удалось избежать – мы оказались первыми сотрудниками, вошедшими в офис, и даже наш секретарь Лариса приехала на час позже. Артем зашел в офис в три часа дня.
Вечером Олег предложил выпить по кружке пива в небольшом ресторане напротив театра Маяковского. Там мы просидели почти до полуночи и, вероятно, остались бы и дальше, но ресторан закрывался и нас попросили уйти.
– Проводите меня? – спросила Женя. – Или хотя бы просто посадите на такси.
И Олег и Женя выглядели удручающе, в отличие от меня, они не спали уже вторые сутки. Женя проживала в Беляево, в квартире своей тетки, которая, как и многие пожилые москвичи, старалась провести на даче все летние месяцы, и я решил проводить ее, а Олег обещал добраться до дома самостоятельно и без всяких приключений.