Глава 4
Субботним утром мы с Гретхен сидели за моим кухонным столом и потягивали кофе. Перед нами располагался открытый ноутбук и адресные книги. В течение недели Гретхен сделала макеты приглашений, а Эндрю переслал мне список своих контактов по е-мейл, согласившись не только устроить вечеринку в своем доме, но и заплатить за нее. Это означало, что мне не нужно будет спорить с Биллом по поводу дополнительных расходов. Гретхен занималась конвертами, аккуратно вписывая в них адреса, в то время как я, одетая в домашний спортивный костюм, рассеянно дула в свой напиток, опираясь бедром о стол, и рассматривала свою стопку приглашений, заполненных изысканных почерком, вполне довольная результатом.
— Это что, комната отдыха? — громкий голос Гретхен вывел меня из задумчивости. — Возвращайся к работе.
— И где все-таки Билл? — спросила она резко, как будто только что заметила его отсутствие.
— На баскетболе. Эндрю тоже начал играть и я думаю, они стали лучше общаться между собой.
— О, — ответила она, наматывая небольшой рулон марок себе на палец. — Скажи-ка мне, а было ли у вас что-то с Биллом на этом столе?
Я расхохоталась, чуть не поперхнувшись кофе.
— Нет, — воскликнула я, посылая ей укоризненный взгляд. — Но, вообще-то, я могла бы вспомнить несколько грязных историй из моей жизни. А у тебя что новенького в этом плане?
— Я встречалась несколько раз с тем парнем, с Риком, из балета, но на этом пожалуй все.
— О, Боже! Я забыла рассказать тебе!
Она приподняла бровь.
— Что?
— Я столкнулась с ним в прошлые выходные, когда гуляла с одной из собак из питомника. Он сказал мне, что ты не перезваниваешь ему.
— Ну, он какой-то чудной.
— Хм, ладно, а мне Рик показался нормальным парнем. Во всяком случае, он заинтересовался собакой, с которой я гуляла, Эврикой, и я только что узнала, что он забрал ее.
— О, это так мило. Теперь я чувствую себя стервой, что так поступаю с ним.
— Если ты уже сейчас не можешь вести себя по-другому, то что будет, если вы в конце концов будете вместе. Я, например, никогда не смогу забыть, как ты назвала его чудаком.
— Ладно, ради тебя, я оставлю это.
— Вот это да, спасибо.
— Есть еще кое-что, — неуверенно сказала она.
— Говори, — потребовала я, испугавшись ее взволнованного выражения лица.
— Я получила сообщение от Грега прошлой ночью.
— Что? — воскликнула я, бросив ручку на стол. — Почему ты ничего не сказала?
— Я не знаю, просто я не могу разобраться в своих чувствах к нему. До сих пор не могу.
— Что было в сообщении?
— Перезвонить ему.
Я прищурилась.
— И что ты решила?
Она энергично затрясла головой, от чего несколько ее светлых прядок выбились из высокого пучка на макушке. Внезапно мне вспомнилась комната, которую Люси и я делили между собой во время учебы, где мы втроем сидели за этим же кухонным столом и говорили о Греге.
Во время нашего первого курса «Вводной биологии», казалось, что мы с Грегом были единственными учащимися, которые заметили, что наш профессор сумасшедший. Мы посмотрели друг на друга через всю аудиторию с одинаковым недоумением на лицах. Достаточно быстро подружившись, мы, к тому же, оказались соседями в общежитии. Он, Люси и я могли часами обсуждать лекции после холодной пиццы в столовой или поздно ложиться, потягивая кофейный ликер «Калуа» с горячим шоколадом, под теплым одеялом из ирландской овечьей шерсти, которое отец прислал мне тогда. Грег был умным и очаровательным юношей и я гордилась нашей дружбой.
Он и Гретхен познакомились, когда она приезжала ко мне в гости на выходные из Чикаго.
Они не встречались официально, так как были еще слишком молоды, но я мгновенно заметила, как они подходили друг другу.
Когда умный и очаровательный Грег порвал с Гретхен за два дня до окончания учебы, он обидел всех нас: меня, Люси, ее тогдашнего возлюбленного и остальную часть нашей дружной учебной семейки. Он сказал нам, что согласился на работу в Японии, о чем мы вообще ничего не слышали, и, что он решил двигаться дальше, начиная новую жизнь. Я понимала, он испугался той лавины чувств, что испытывал к Гретхен, и постаралась объяснить ей это. Она же провела несколько недель после окончания учебы в родительском доме, погрязнув в собственных переживаниях, но понемногу приходя в себя. Гретхен появилась только тогда, когда нужно было подписать документы на аренду нашей новой квартиры, и, никогда с тех пор, она даже не произносила его имени. До этого момента.