– Совершенно верно, миледи. Но позвольте предложить вам другой вариант.
– Пожалуйста, прошу вас.
Спустя час Картера вызвали на застекленную террасу. Он стоял, глядя на ее сюрприз, скрестив руки на груди. Доротея внимательно наблюдала за его реакцией, но не могла разгадать его чувства.
– Это глупо? – спросила она.
– Нет, очень мило. Пикник в доме.
Он подошел ближе – и ее пульс участился. Открытое пространство, устроенное слугами среди высоких растений и цветущих кустов в кадках, внезапно показалось очень тесным.
– Вы так много сделали для меня. И мне захотелось тоже сделать вам приятное, – сказала она. – Миссис Симпсон как-то упомянула, что вам в юности очень нравились пикники.
– Да, это правда. – Картер огляделся. – Но я не припомню ни одного, похожего на этот.
– Дождь внес некоторые изменения в мой план.
– Я представления не имел, что вы так изобретательны.
– Это не я. На самом деле, это идея Кортленда. Это он обо всем распорядился. – Она повернула голову на внезапный шум возле декоративной пальмы в кадке. – Я пригласила к нам кое-кого еще. Надеюсь, вы не будете возражать?
На звук ее голоса третий участник пикника выбежал вперед – круглый пушистый комочек. Щенок остановился, вертясь и перебирая лапками, и принялся обнюхивать большую корзину, прикрытую льняной салфеткой, в центре расстеленного для пикника одеяла.
– Я думал, мы договорились, что это дворовая собака, – заметил Картер, криво улыбнувшись.
– Разумеется, – уверенно заявила Доротея. – Но он еще слишком мал, чтобы поселиться в конуре.
Доротея подняла щенка на руки и крепко прижала к груди. Он взвизгнул от восторга, дрожа всем телом, и, высунув розовый язычок, лизнул ее в лицо.
– Вы уже выбрали ему имя? – спросил Картер.
Они прошли вперед и уселись на одеяло. Доротея отпустила щенка, и тот снова устремился к плетеной корзине.
– Я решила назвать его Ланселот, в честь легендарного рыцаря.
– Благородное имя.
– Я очень надеюсь, что он вырастет и будет достоин его, – сказала Доротея.
Она сняла с корзины салфетку и с удовольствием выслушала похвалы Картера при виде ее содержимого. Доверху наполнив фарфоровую тарелку мужа холодным ростбифом, жареным цыпленком, свежим хлебом и острым сыром, добавив еще и фрукты, Доротея то же самое положила себе, но в гораздо меньших количествах.
Они с аппетитом принялись за еду. Доротея время от времени бросала маленькие кусочки постоянно клянчившему щенку. Поняв под конец, что больше ничего не получит, Ланселот принялся обследовать окружающее пространство и вскоре вскарабкался на ноги Картеру.
– Ваш пес пытается сжевать кожаные кисточки на моих сапогах.
– О господи, ну разве он не умный малыш? – Доротея потянулась к щенку, и тот моментально перевернулся на спину. Не в силах устоять, она погладила его круглый раздувшийся животик. Свесив розовый язычок на сторону, Ланселот часто задышал.
– Вы его балуете, – мягко заметил Картер, отхлебнув глоток вина.
– Просто я отношусь к нему с нежностью. Все животные заслуживают любви и ласки.
– Как мужчины?
Она взглянула на мужа из-под полуопущенных ресниц и дерзко подмигнула ему.
– Некоторые больше, чем другие, я думаю.
– Он напоминает собаку, которая была у меня в юности. Добрый друг и верный товарищ.
– Вы были одиноки в детстве?
– Не особенно. У меня не было братьев, с которыми я мог бы играть, но в поместье жило много других детей. Сын нашего лесничего, дети старшего конюха. Мой отец часто отлучался по делам или на светские мероприятия, и потому не знал, с кем я общался в детстве.
– Он бы этого не одобрил?
– Безусловно. – С непроницаемым видом Картер жевал мясо. – Я намерен быть гораздо более прогрессивным со своими детьми.
При упоминании о детях жар разлился по животу Доротеи. Их дети. Боже милостивый! У них не будет малышей, пока она не решится пустить его в свою постель.
Картер накрыл ее ладонь своей.
– Дети появятся в свое время.
Доротея закрыла глаза. Вовсе не дети, а процесс их зачатия – они оба отлично знали, – вызывал у нее такую панику.
– Я не понимаю, что вы хотите этим сказать, – прошептала она.
– Посмотрите на меня.
Доротея испуганно открыла глаза. Нежно поглаживая ее по руке, он понизил голос:
– Я могу подождать. Такие моменты, как минувшим вечером, когда вы принимали ванну и мы оба были так возбуждены, так охвачены желанием, дают мне надежду.
Ее сердце смягчилось. Он хороший человек, великодушный и добрый. И дьявольски привлекательный мужчина. Что с ней не так? Ей следовало бы радоваться своей удаче и стараться завлечь его к себе в постель, а не отказывать ему – и себе – в удовольствии.