— Ты не сказал волшебного слова, — невозмутимо заметил Большой Пуф, даже не взглянув на меня. Я в ответ лишь выразительно закатил глаза.
— Дорогая карта, будь так добра, покажи мне, пожалуйста, обелиски.
Я уже собрался разразиться саркастическим комментарием, но вместо этого из моей груди вырвалось:
— ДА ЧТОБ ТЕБЯ! ТВОЮ ЗА НОГУ! МАТЬ ТВОЮ ЕТИ! — выкрикнул я, едва не опрокинув полную тарелку дымящегося плова.
На поверхности карты вспыхнули три яркие точки, словно зажглись три новых звезды на небосводе. Первая пульсировала на окраине королевства Ледяных Клинков — примерно в том районе, что описывала Таэлис, дочь Санчеса. Вторая отметка замерцала на самой границе владений Дракосов, у берега огромного озера, чьи воды с высоты казались кусочком полированного обсидиана. Третья, и самая тревожная, располагалась прямо на центральном из парящих островов, в сердце столицы Звёздного Неба — величественной Икарии.
— Да чтоб меня! Это же откровенное мошенничество! — воскликнул я, засовывая в рот ложку с дымящимся пловом. — Я столько лет... Нет, так поступать нечестно. Какого чёрта слово «пожалуйста» оказалось активатором? Кто создал эту карту? Уверен, это был злодей поистине космического масштаба.
«М-м-м, боги, до чего же вкусно у меня получается готовить», — промелькнула у меня мысль. Уловив выражение моего лица, остальные немедленно набросились на еду.
Последующие двадцать минут царило благоговейное молчание, прерываемое одними звуками ложек. Когда котёл опустел, мы единодушно решили прогуляться — сидеть с набитыми животами было не самым приятным занятием.
— Ты не справедлив Кайлос, — нарушил тишину Бренор, — ты нашёл все обелиски с невероятной скоростью. Если верить твоим рассказам о предке Ворхельмов, то ты, по сути, даже не искал их. Они словно сами выстроились у тебя на пути.
Пришлось признать: гном был прав на все сто процентов. Похоже, некто очень постарался, чтобы мой жизненный путь пролегал именно этим маршрутом.
— Согласен. Но от этого не менее обидно.
— Обидно — это когда соус заканчивается, а у тебя ещё половина пачки чипсов осталась, — многозначительно произнёс гном.
Я невольно улыбнулся.
— В палатке, в переносном холодильнике, есть ещё. В отделении слева над кетчупом.
— Но туда же идти нужно, а хочется прямо сейчас.
— Я вам что, магазин на ножках? А, — махнул я рукой, смирившись с неизбежным, и извлёк из своей сумки запасную банку соуса вручая гному, а Пуфу пачку чипсов.
— Благодарю! — радостно воскликнул Бренор, с торжеством принимая дар.
Вернувшись в лагерь, я погрузился в изучение карты, потратив на это несколько часов. И обнаружил, что её возможности гораздо шире, чем я предполагал. Она откликалась не только на прямой запрос, но и отображала мощные магические возмущения, возникающие в мире. Так, на её поверхности чётко проступило место, где все друиды, превратившиеся в Стражей Скверны, самоотверженно сражались с той самой проказой, что поразила земли. Глядя на пульсирующее пятно болезни, я бы скорее назвал его вирусом — живым, агрессивным и чуждым самой природе этого мира.
Решив проверить другую функцию, я мысленно обратился к артефакту:
— Карта, прошу, покажи наиболее оптимальный маршрут до Обелиска в Снежных пиках — Пожалуйста.
Мгновенно, от точки нашего лагеря до заснеженной цели на карте прочертилась мерцающая серебристая линия, изгибаясь в обход горных хребтов и ущелий.
— Великолепно, — не удержался я от восхищённой улыбки. — Теперь у нас есть собственный волшебный навигатор.
Благодаря своей памяти, мне не требовалось постоянно сверяться с картой — я запоминал маршрут с первого взгляда. Лёгкая грусть коснулась сердца: вот бы с детьми это тоже так работало. В их присутствии я становлюсь другим — всё моё внимание, все мысли растворяются в них. А те досадные случаи, о которых с улыбкой вспоминала Ева, как я уходил куда-нибудь или забывал ребёнка... Уверен, это был не я. Наверняка, само мироздание, решив пошутить, навеяло на меня минутное помрачение. Сто процентов, дело было именно так. Я тут не причём.
«Это не я» — прозвучал в сознании чёткий, ироничный мысленный ответ.
Я вздрогнул так сильно, что едва не опрокинул складной стул. Но отвечать этому внутреннему голосу — будь то он, она или оно, — не стал. Некоторые диалоги лучше не продолжать.
Глава 4