— Кай, — её голос прозвучал тихо, но отчётливо. — У меня чувство, будто ты сейчас с нами прощаешься.
— Не исключаю такой возможности, — ответил я честно, не в силах и не желая лгать.
— Ты всё же решился?
— Да, — я кивнул. — Сложив их, получился компас. И ещё кое-что… — Я развернул перед ней магическую карту, и её глаза расширились, следя за тем, как знакомые очертания Керона растворяются в безбрежности нового мира.
Но она только мельком скользнула взглядом по невероятным материкам, а потом снова устремила его на меня.
— Может… может, не надо? — в её шёпоте прозвучала мольба, которую я раньше никогда не слышал.
— Надо, Ева, — мои слова были твёрдыми, но в них не было сухости. — Я был призван в этот мир не просто так. Пора завершить начатое. Пройти путь до конца.
— Не говори так, — она стукнула меня кулаком в плечо. Со всей силы. Больно. Она теперь у меня в ранге Мастер, и это обстоятельство вызывало странную смесь гордости и лёгкой тревоги. — Дурак.
— В сейфе в кабинете лежат документы, — продолжал я, игнорируя боль. — Всё расписано: планы развития на десятилетия вперёд, куда вкладывать, что строить. Все магические ключи от хранилищ и мастерских я перевёл на наш род. Даже если… что-то случится, вы ни в чём не будете нуждаться. И Совет тебя не оставит.
— Я не хочу это слушать, — она резко отвернулась, но я видел, как дрогнула её губа. — И вообще, негоже расстраивать беременную жену.
— Прости, милая, — я потянулся и притянул её к себе, ощущая под ладонью тёплый шёлк её волос. — И не переживай. Твой муж, — я тряхнул головой, стараясь вернуть в голос прежнюю лёгкость, — нынче крепок, как бивень мамонта. Мне теперь мало кто страшен. Ну, кроме той самой неизвестности. Но, думаю, как-нибудь справлюсь.
— Справишься, — она обняла меня, прижавшись щекой к груди. Её голос снова стал твёрдым. — Конечно, справишься, мой дорогой. Всё. Лети. И возвращайся только с хорошими новостями.
Я поцеловал её, долго и нежно, пытаясь вложить в этот поцелуй всё, что не высказали слова. Потом отпустил и, не оглядываясь, вышел во внутренний двор.
Воздух был прохладным, пахло приближающимся вечером и дымом из кузницы. Я сделал глубокий вдох, почувствовал, как внутри загорается знакомое, могучее пламя. И взмыл вверх, оставляя под ногами родные башни, сады и огни в окнах. Не оглянулся ни разу. Знать бы, что это последний взгляд…
Летел я долго. Часы сливались в одно монотонное движение сквозь облака и морские просторы. Компас в моей руке нёс меня точно, как стрела. И вот, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая океан в медно-багровые тона, я оказался на месте.
Точка на карте оказалась большим, зелёным островом. В его центре, на пологом холме, возвышался не крепость, а скорее огромный, изящный замок из чёрного камня, больше похожий на дворец учёного или философа, чем на цитадель. И у его парадных ворот, под аркой, увитой цветущими лианами, меня уже ждали. Будто знали о моём прибытии с точностью до минуты.
— Приветствую, Кай, — раздался знакомый, спокойный голос.
Я приземлился, стирая с плаща налипшую морскую соль, и увидел его. Эридан. Мой постоянный и самый странный «клиент» ресторана, покупавший у меня за огромные деньги все новые блюда. Он стоял здесь, в простой, домашней одежде и белых тапочках, с лёгкой улыбкой на лице.
— Здравствуйте, — ответил я, скрывая нарастающее изумление. — А вы… что вы здесь делаете?
— Живу, — он пожал плечами, словно это было само собой разумеющимся. — Временами. Заходи, не стой на пороге. Я тебе кое-что покажу. А вообще, голоден? Путь, я подозреваю, был неблизким.
— Чертовски голоден, — признался я, и это была чистая правда. Напряжение долгого перелёта и нервного ожидания давало о себе знать пустотой в желудке.
— Вот это по-нашему, — его улыбка стала шире, теплее. — Пошли на кухню. Мария как раз сегодня колдовала над котлом — приготовила чудесный борщ, настолько наваристый, что ложка стоит, да с хрустящими гренками из ржаного хлеба. И пельмени есть, жареные, с лесными грибами и сметаной.
Звучало это настолько невероятно, земно и аппетитно на фоне всей космической таинственности происходящего, что я невольно рассмеялся.
— Звучит… восхитительно, — сказал я и шагнул вслед за ним под сень гостеприимных арок, в неизвестность, которая пахла домашним борщом и жареным луком.