Я закричал. Непроизвольный, животный вопль вырвался из моей груди, когда я увидел разбросанные повсюду останки моих друзей. Безупречная белизна снега была осквернена алыми пятнами и кровавой взвесью. От эльфийки и Грохотуна не осталось ничего, кроме кровавого тумана. Часть торса Бренора лежала в десятке шагов, а его голова с оторванной бородой — ещё дальше, бессмысленно уткнувшись в сугроб. Тело Вул’дана было разорвано с той же чудовищной силой. Только я один устоял, защищённый доспехом из сгущённой молнии, что трещал и сиял, рассеивая остатки губительной энергии.
— Зря... вы всё это затеяли, — прошипел я, и мои слова прозвучали неестественно громко в наступившей тишине.
Вокруг меня сгустилась аура смерти, холодная и безжалостная, а в руке материализовался клинок из чистейшей тьмы, впитывавший в себя скудный горный свет.
Раздался резкий, чуждый этому миру звук, и мою грудь пронзил сконцентрированный пучок плазмы. Он прожёг доспех, плоть и кость, оставив после себя палящую пустоту. Я рухнул на колени, не в силах не то что подняться — но даже вымолвить слово заклинания. Силы стремительно покидали меня, а вместе с ней уходило и сознание, погружаясь во мрак.
«Вот и пришёл конец моему пути», — пронеслось последней искоркой мысли, прежде чем тьма поглотила меня целиком.
За пять часов до роковых событий.
Ксил'рааку уже стало ясно, что Кайлос их переиграл. Он раскрыл слежку, но каким образом — оставалось загадкой. Как этот туземец смог обнаружить устройство, созданное по технологиям, опережающим местное развитие на тысячелетия? Это вызывало глубочайшее недоумение.
Данные с дрона, следовавшего за меткой, окончательно подтвердили: цели на корабле нет. Следовательно, он избрал иной путь к Обелиску. Только донесение от их агента, скрывавшегося в порту под личиной купца, о том, что Кайлос и его спутники были замечены в тех краях, заставило Ксил'раака действовать. Пришлось в спешке организовывать засаду, хотя изначально план предполагал встретить его у самой цели.
Но больше всего поражало другое — откуда ему стал известен потайной проход? Секретная тропа, о которой не должно было знать ни одно живое существо на этой планете.
Выйдя из укрытия, отряд привёл в действие голографические проекторы, дабы у противника не возникло и тени сомнения в обычности пейзажа. Установленное оборудование скрупулёзно создавало иллюзию нетронутого снежного покрова, без единого следа.
Когда атака увенчалась успехом, и сопротивление было сломлено с пугающей лёгкостью, Тор'векс не мог поверить в произошедшее. Как он, проигравший ему однажды, мог так просто одержать верх?
— Ну вот видите, а вы говорили, что он силён, — язвительно протянула Вел'тори Дхан'кран, её голос звучал с оттенком презрительной усмешки.
— Что-то тут не так, — пробормотал Ксил'раак, игнорируя насмешки подчинённых. Его взгляд был прикован к бездыханному телу мага, о могуществе которого он твердил им все эти дни.
В этот самый миг за их спинами раздались бодрые аплодисменты, смех и весёлые голоса.
В десяти шагах от отряда элитных воинов прямо из воздуха возникла та самая группа магов, что вроде как была ими только что убита.
— Я же говорил, что здесь что-то не так, — с явной усмешкою произнёс Ксил'раак.
— Браво! Просто браво! — раздались аплодисменты, и из-за их спин вышел я, живой и невредимый, в сопровождении своей целой и невредимой команды. — Настоящий спецназ из фантастически книг. Плазменные винтовки, лазерные прицелы — впечатляет! А эта ваша бомба, что высасывает магическую энергию... это просто гениальное изобретение. Вы бы видели, каких сил стоило моей спутнице воссоздать столь реалистичную иллюзию — падающего снега, разорванных тел... Она всего лишь адепт, так что мне даже пришлось поделиться с ней собственной маной.
Мои друзья, стоявшие рядом, не скрывали улыбок.
— Особенно твой крик о мести, — не удержался Вул’дан, — это был настоящий шедевр.
— В тебе определённо есть актёрский талант, друг мой, — добавил Бренор, с одобрением кивая.
В тот же миг ксиллор'ианцы вскинули оружие, но я провёл рукой по воздуху. Сгустки молний, живые и стремительные, поразили восемь стволов одновременно, обратив их в дымящееся железо. Двух заклинаний хватило, чтобы обезоружить весь отряд. Гранаты я трогать не стал — мало ли что. Ведь у меня всё ещё теплилась надежда решить этот спор миром. Я искренне верил, что это возможно.
— Тор'векс, в чём смысл этой затеи? — спросил я, подходя к предводителю и глядя в его жёлтые, с вертикальными зрачками, глаза. — Мы же, казалось, достигли понимания. Ты, если я не ошибаюсь, проникся возможностями того мира, обещанной мною планеты, что ломится от несметных ресурсов.