В общем, я крутился словно магический болид в заколдованном колесе, разрываясь между делами. Одно только открытие ночного клуба «Хронос» стоило мне титанических усилий. Поначалу народ попросту не понимал, что это за заведение и для чего там столь оглушительно гремит никому не знакомая музыка. Но спустя пару месяцев и триллионы потраченных нервных клеток молодёжь распробовала новое развлечение. Теперь по вечерам сложилась традиция: старшее поколение коротает время в ресторане, а младшее (аристократическое) — в клубе. Директором я поставил Хельгу, и, к моему удивлению, у неё обнаружился подлинный талант к управлению. А ведущим и главным выдумщиком всех конкурсов и развлечений стал Хамви, чья неиссякаемая энергия оказалась как нельзя кстати.
Опуская бесчисленные подробности прошедших лет, скажу одно: они промелькнули в нескончаемой череде забот и суеты. Я, кажется, навсегда забыл вкус настоящего отдыха. Возможно, когда-нибудь у меня найдётся время рассказать обо всём этом подробнее, но не сейчас.
В настоящий же момент меня ожидал Санчес, просивший зайти к нему по срочному делу. Учёный, по его словам, обладал для меня важными новостями.
Я решил не прибегать к телепортации, а прогуляться по городу, который за эти годы преобразился до неузнаваемости. Повсюду мерцали магические рекламные вывески, а из распахнутых дверей таверн и ремесленных лавок доносились причудливые мелодии, сливавшиеся в прихотливую симфонию городской жизни. Ага, это мы с Санчесом запустили в продажу «Радиоприёмники». Шкатулки, что принимали сигнал от наших вышек связи. Скоро выпустим первое утреннее шоу с новостями.
Император Каэл, кстати, нигде палок в колёса мне не ставил, ни в одном из моих начинаний. Поскольку поток из золотых монет в казну шёл исправно, и даже три проверки, что были посланы, мы прошли на ура. Нет, никто бумаги не проверял. Пришёл маг-менталист, задал вопросы и ушёл, поставив магическую печать «Проверено».
Пока шёл, то замечал, как в толпе то и дело мелькали мальчишки в ярко-жёлтых башмаках — самый узнаваемый символ местных курьеров. Горожане настолько привыкли к мгновенной доставке, что уже не представляли, как обходились без неё прежде.
Что до самого Санчеса, то он, погружённый в свои исследования, нанял целых восемнадцать учеников. Каждый из них принёс нерушимую магическую клятву верности лично мне. Теперь его подмастерья день и ночь разбирают, классифицируют и пытаются воссоздать те диковинные механизмы и артефакты, что мы приобрели в магазинах мира Аркадия.
Что касается политики… Некроманты, что вызывали у меня наибольшее беспокойство, внезапно затихли. Не предпринимая никаких действий. Магический Совет провёл с ними серию переговоров и, по слухам, достиг неких договорённостей, однако моё шестое чувство подсказывало, что те лишь выжидают удобный момент. Меня на эти встречи, несмотря на все просьбы, так и не пригласили. Ничего я их обелиск откуда они вылезли обязательно найду и закрою. Так или иначе рано или поздно. И тогда им нечем будет крыть. Разрушу филактерии и их козырь лопнет.
Что касается моего собственного замка и всех, кто под моей защитой, я сделал всё возможное, чтобы оградить их от магии смерти. Целый отряд искусных артефакторов трудится не покладая рук, а я, в свою очередь, обеспечиваю их энергией, которой ныне обладаю в избытке. И, конечно же, вкусняшками, куда уж без них. У меня так каждый найм нового сотрудника начинается.
С Ксиллор'ианцами пока ничего не ясно. В гости так и не зовут, но при этом под ногами не мешаются. Тем не менее стычка с ними всё же была. Когда Магический совет выяснил, что они виновны в изготовлении зелья «Кровавый Восход», в которое неожиданно были вовлечены не только Ксиллор'ианцы, но и совет богатеев, орден «Кровавый Закат», что назвали зелье, изменив одно слово. Да уж, с фантазией у них не очень.
Мне выпала роль арбитра на последовавших переговорах. С самими ксиллор'ианцами удалось достичь хрупкого консенсуса: производство зелья было прекращено. Однако с орденом пришлось действовать иначе. Не стану отрицать — большая часть его членов была уничтожена, хотя и не моей рукой. Моё вмешательство было точечным и экономическим: я создал условия, при которых все их предприятия начали нести колоссальные убытки. Финансовый крах вызвал бурю негодования среди родственников, до того не ведавших о тёмных делах глав семейств.