Больше всего на свете Ксюше сейчас хотелось провалиться сквозь землю, чтобы не видеть разочарованного взгляда Влада. «Уволюсь», – решила она. После такого грандиозного провала она больше не сможет работать в бюро.
У нее перед глазами все поплыло, и зазвенело в ушах от напряжения. Как сквозь вату, до нее донесся голос Влада.
Ксюша подняла взгляд на начальника, не расслышав, что он говорит. Влад улыбался, и Ксюша занервничала еще больше. Что она пропустила?
– Простите? – кашлянула она.
– Поздравляю, Ксения, – повторил Влад. – Проект отличный. Особенно учитывая, в какой срок его пришлось делать.
Ксюша во все глаза смотрела на Влада, не веря, что он говорит это всерьез, поэтому она не видела, как от злости перекосило Аллочку.
– Думаете, заказчице понравится? – взволнованно уточнила Ксюша.
– Мне кажется, вам удалось угадать именно то, что она не смогла сформулировать сама, – кивнул Влад. – Сочетание душевности, семейных традиций и кофейной тематики. Мы представим ей проект на днях, только доработаем детали. Я лично буду его курировать.
Ксюша вспыхнула, ведь это означает, что им с Владом предстоит совместная работа. О таком она даже и мечтать не могла!
Как во сне, она собрала эскизы, забрала ноутбук и вышла в коридор вслед за коллегами. У кабинета ее поджидал Никита.
– Классный проект, Ксюш! – Он пристально взглянул на Ксюшу, задержавшись на талии и груди, подчеркнутых кроем платья. – И это платье тебе очень идет.
– Спасибо. – Она попыталась проскользнуть к себе, но Никита не пустил.
– А что ты, Ксюша, делаешь сегодня вечером? – бархатным голосом сердцееда поинтересовался он.
Ксюша пораженно застыла. Раньше Никита никогда не обращал на нее внимания, а теперь его интерес был совсем некстати.
– У меня бабушка! – нервно выпалила она.
– Болеет? – участливо уточнил парень.
– Еще как, – закивала она. – В маразм впала.
– Альцгеймер все‐таки нагнал старушку? – посочувствовал Никита.
– Считает, что ей опять двадцать пять, – пожаловалась Ксюша. – На дискотеки рвется, приходится дома запирать.
– Бедная старушка! – покачал головой парень. – Ладно, Ксюшка, может, как‐нибудь в другой раз…
Ксюша заскочила в кабинет и подперла спиной дверь – на случай, если Никита вернется.
В летное училище Аполлинария прокатилась напрасно. Когда она объяснила в деканате, что ищет сведения о выпускнике пятидесятипятилетней давности, пухленькая молоденькая секретарша подняла ее на смех.
– Так ему же лет восемьдесят сейчас!
– Семьдесят восемь, – поправила Аполлинария.
– А я о чем говорю, древний старикан! Если вообще не помер.
Аполлинария, пошатнувшись, ухватилась за край стола. Перед глазами все поплыло. Она запрещала себе даже думать об этом. Больше всего на свете она боялась узнать, что Миша умер. Тогда она больше никогда не сможет увидеть его и расспросить, что же произошло в ту зиму, когда он ее оставил.
– Эй, тебе плохо? – Секретарша с сочувствием поднялась из‐за стола, и Аполлинария заметила у нее животик, туго обтянутый шерстяным платьем. – Ты тоже беременная? – Она заботливо усадила ее на свободный стул и налила стакан воды.
Аполлинария нервно усмехнулась. Только этого не хватало! А вслух солгала:
– Три месяца уже.
Как она и предполагала, теперь секретарша выслушала ее с большим вниманием. Аполлинария сочинила, что ищет своего дедушку, который уехал от бабушки, не зная, что она беременна. Секретарша прониклась к ней еще больше, но помочь ничем не смогла.
– Может, сохранились какие‐то архивные сведения? – спросила Аполлинария, не желая мириться с неудачей. Ей хотя бы узнать адрес Мишиной прописки – она ведь знала только, что Миша родом из Калуги, но в гостях у него никогда не была. А в Москве он жил в общежитии от училища. – Или адрес, куда его направили, в Иркутске.
Беременная секретарша с сожалением покачала головой.
– Не‐а, такое старье не храним. Забей ты на своего дедушку. Его, наверное, уже и на свете нет. Лучше себя да ребенка побереги – нечего в мороз да гололед по городу мотаться.
Аполлинария поблагодарила за заботу, пожелала девушке здоровья и понуро вышла из училища, остановилась на крыльце. Мимо сновали студенты – шла зимняя сессия. Но даже парни за эти годы изменились – как‐то измельчали, носили другую форму, на ходу курили и говорили по мобильникам.
– Девушка, вам помочь? – игриво окликнул ее один из студентов. – Вы какая‐то потерянная…