Бросив взгляд на лицо девушки, он внезапно узнал ее. Это она была в клубе на ретровечеринке, это она зажигательно танцевала вместе с Ксюшей. Но почему Ксюша прислала свою подругу, а не пришла сама?
Сердце тревожно сжалось, и Влад вскрикнул, схватив Полину за локоть:
– Что с Ксюшей?
– Полегче, сынок! – Девушка охнула, и он виновато отдернул руку, пропустив мимо ушей ее странное обращение.
– Простите, – смутился он.
– Простим горячке юных лет и юный жар, и юный бред, – с иронией кивнула необыкновенная девушка, играючи цитируя Пушкина. – С Ксюшей все в порядке.
У Влада от сердца отлегло.
– Она дома, – добавила Полина.
– Дома? Почему дома? – снова разволновался он, взглянул на часы и отметил, что до начала рабочего дня осталось пять минут.
«Пять минут, пять минут, – заиграла в голове старинная песенка из «Карнавальной ночи», – бой часов раздастся вскоре, пять минут, пять минут, помиритесь те, кто в ссоре…»
Ксюшина подруга не ответила на его вопрос и спросила:
– Вы ее любите?
Спросила так серьезно и строго, что солгать не было никакой возможности.
– Люблю, – выдохнул он сердцем.
– Слава богу! – Полина вдруг засуетилась, всплеснула руками и затараторила: – Что же мы тут стоим? Давайте быстро домой! Где ваша машина?
Мимо процокала на высоких каблуках Аллочка, ревниво взглянула на Полину, кокетливо пропела:
– Вла‐ад, опаздываешь?
Опаздываю, внезапно понял он, взглянув на часы. «Пять минут, пять минут, помиритесь, те, кто в ссоре».
– Едем, скорее! – Он махнул Полине и заторопился к машине.
– Владислав Юрьевич! – изумленно заверещала вслед Аллочка. – Вы куда?!
– Улица Удальцова, дом восемнадцать, корпус пять, – четко продиктовала Полина, садясь на переднее сиденье и пристегиваясь ремнем.
Влад завел мотор своей «ласточки» и полетел навстречу своей голубоглазой мечте.
Внучка Аполлинарии была дома, Ульяна видела ее своими собственными глазами. Сначала не узнала в блондинке с модной стрижкой знакомую серую мышь – бледную копию своей красивой бабушки. Но, приглядевшись, поняла: она. Рука хорошего стилиста творит с замухрышками‐Золушками настоящие чудеса, превращая в прелестных принцесс. Иной раз ее так и подмывало посоветовать клиентке, пришедшей за приворотом, отправиться в салон и в фитнес‐клуб. Но молчала, конечно. Зачем ей терять клиентов?
Итак, сомнений не осталось. Из дома вышла Аполлинария, какой Ульяна ее помнила со времен студенчества, а не ее внучка. К тому же, выходя с Яшей из подъезда, она встретила двух странных старух в солнцезащитных очках, и они охотно поведали, что Аполлинарию не видели уже несколько дней с самого Рождества, мол, приболела и сидит дома. Но Ульяна‐то прекрасно знала, как любопытна Аполлинария, и была уверена, что в квартире никого, кроме Ксюши, не было, иначе ее бабушка непременно высунулась бы посмотреть, кто пришел.
Похоже, Аполлинарии в самом деле чудесным образом удалось помолодеть, а у Ульяны появился шанс спасти Антошу. Нечего и думать о том, что она сможет разгадать секрет Аполлинарии с помощью колдовства. Ульяна прекрасно знала цену своим способностям: привороты и немного целительства – вот все, на что она способна. Но можно попытаться выменять жизнь Антоши, предъявив Миловидовой Аполлинарию. Майя на днях обмолвилась, что не рассчитывает на одну Ульяну, и подключила к поискам «молодильных яблок» генетиков и ученых. Те тоже не радовали нанимательницу результатами, отговариваясь, что если на свете был хотя бы один человек, которому удалось повернуть время вспять, тогда бы они провели ряд исследований и выяснили бы его секрет. Да пусть теперь Аполлинарию хоть на молекулы расчленят, только бы Антошу в покое оставили!