4 глава
- И философию я тоже не делала – тяжело выдохнула Светка, постукивая пальчиком по расписанию, расположенному на первом этаже.
- Ну ничего! Я глазками похлопаю, и он мне всё простит! Молодой и горячий, ты же его знаешь – выдала подруга, блеснув хитрыми глазками в сторону учителя по философии, который проходим мимо нас.
Все взгляды женского пола, находившегося сейчас на первом этаже были прикованы к нему. Да-да. Гуров Виктор Романович – учитель философии и в то же время самый наглый вор женских сердец. Девушки, собираясь на его пары одевали на себя самые короткие юбки и расстёгивали блузки на три бесстыдных пуговицы, чтоб в мужские глаза бросалось глубокое декольте.
- Боже, Даша… Он сегодня в чёрной рубашке. В ней он кажется ещё сексуальнее – томно вздохнула Светка, не сводя своих глаз с Виктора Романовича, который открывал нашу аудиторию.
- Чего же ты тогда философию не сделала, раз тебе так нравится Гуров? – поинтересовалась у подруги, которая сразу же, услышав мой вопрос мечтательно закатила глаза.
- Сама смотри. Сейчас он застукает, что у меня нет домашки, оставит после занятия и мы останемся с ним наедине, понимаешь? – нетерпеливо протараторила Света, впиваясь в меня своими безумными, полными сумасшествия от своей собственной идеи глазами.
Странный план, и как же хорошо, что мне он не грозит потому, что у меня в голове сейчас чёртов Грушевский, который по всей видимости решил появиться и разнести мою прежнею жизнь к чертям.
Губы малинового цвета и на вкус казались, как эта самая ягода – сладкие и ароматные. Можно было бы вернуть вчерашний вечер – я шарахнулась бы от Грушевского, чтоб никогда не знать какие там у него губы.
Мы вошли в аудиторию и сели за первую парту прямо перед Гуровым, который безразлично и очень сосредоточенно листал лекционные листы, переворачивая один за другим, иногда заостряя внимание на определённых моментах.
Вся женская половина нашей группы томно вздыхала и кидала нетерпеливые взгляды на Виктора Романовича, каждая по-своему надеялась на то, что он наградит её своим вниманием, но Гуров всегда был бесстрастным преподавателем, пусть и очень привлекательным.
На зачётах поблажек не давал, но по крайней мере никто его предмет не завалил, наверное, потому, что Виктор Романович просто хороший учитель. Объяснял темы он хорошо, явно зная своё дело, на вопросы отвечал понятно, поэтому подловить его было не на чем.
- Итак! Начнём с домашнего задания – пробасил Гуров, вставая из-за своего стола, и ненавязчиво осматривая аудиторию, словно это не он собрался проверять у нас домашку.
- А ты делала? – прошептала Светка, склоняя ко мне голову, и поглядывая в мою раскрытую тетрадь.
- Да… - не успела я договорить, как грубый голос прямо над головой прогромыхал на всю аудиторию, как гром среди ясного неба над нами предстал Гуров во всей своей красе.
Мы с Светкой пойманные с поличным, вздрагивая подняли на него свои испуганные глаза.
- Рогова и Соколова! Беседуете, значит можете ответить на заданный мною на прошлом занятии вопрос? Прошу – всё так же безразлично произнёс он, рассматривая нас сверху, будто мы букашки какие.
Прочистив горло, я посмотрела на подругу и начала медленно вставать, но тут на моё плечо легла увесистая ладонь и вдавила обратно в стул.
- Я знаю, Соколова, что у вас на любой мой вопрос есть ответ! – прорычал тот, будто был недоволен тем, что я готовлюсь к его занятиям.
- На этот вопрос я жду ответ от Роговой – с тенью насмешки сказал Гуров, но тут же поправил себя, скорчив строгую физиономию.
Вздохнув, я придвинула свою тетрадь ближе к Свете и посмотрела на Виктора Романовича с ужасом поняв, что его строгий взгляд сейчас недовольно всматривается в моё лицо, точно я ему вчера стул клеем намазала, не иначе.
- Соколова… - устало выдохнул тот, качая головой.
- После занятия задержись, услышала? – просил строго преподаватель, не спуская с меня недовольного взгляда. Кивнула. А что мне оставалось? Сказать, что я не хочу оставаться с вами наедине, так как про вас ходят отвратительные и самые разнообразные сплетни? Ну уж нет. Не думаю, что Виктор Романович такой, как все про него говорят, это же придумывают студентки, на которых он так и не обратил внимание, потому я просто узнаю, что ему нужно и уйду домой.
- А вы, Рогова…два вам – резко перебил он взбудораженную подругу, которая отчаянно пыталась влепить своё слово, но получалось лишь открывать рот, как рыба в аквариуме.