- Тёть, Вер! Что с Дашей?! – никогда не слышал свой голос таким, даже когда сообщили о смерти отца я так не волновался, наверное, просто был мал.
Я потерял тогда его, но её я не мог потерять! Его я почти не знал, а её люблю! Люблю не первый год и даже не второй! Эта девочка – моя жизнь. Она сделала мою жизнь и, если её не станет я потеряю смысл.
Медленно повернув голову в мою сторону, она туманными глазами посмотрела на меня, словно не услышала, что я сказал, да я сам толком не понял. Она мысль…что с моей девочкой?
- Валерааа… - громкий плачь разрезал тишину больничного коридора.
11 глава
Обняв её, я сам пытался держать себя в руках, а женщина не держала себя в руках совсем, наоборот именно в этот момент взревела, как подстреленный медведь. Сердце в груди на секунду защемило. А если бы на её месте была бы моя мама? Она бы не пережила.
- Тише-тише… Что говорят врачи? – спокойным голосом произнёс я, может получится немного успокоить её и успокоиться самому, всё же нельзя думать о плохом.
- Ничего не говорят! Ничего они не говорят, Валера! А девочка моя не дышала! Слышишь?! Она не дышала, Валерааа… - вой раздался вновь, но на этот раз мой внутренний ужас отозвался на него слишком остро.
В голове пролетели все моменты с Редиской. Вот нас вместе отправили в лагерь, где я спрятал её полотенце, пока она мылась в душе, после девятый класс, когда я впервые коснулся её губ и потерял рассудок, пусть было это давно и не правда, да и лёгкое касание вряд ли можно назвать поцелуем, но лучше этого невинного прикосновения в моей жизни не было ничего.
Вот я испачкал её белоснежное платье чёрной гуашью потому, что все мальчишки заглядывались на неё, да и бесила меня Соколова своей улыбкой, своей живостью. Одиннадцатый класс…как же она тогда посмотрела на меня, когда я налетел на Пашку, но сил не было смотреть на то, как его мерзкие лапы трогают мою девочку.
Она сильно на меня обижалась, но всё это были действия влюблённого мальчика-подростка, который до сих пор готов ради неё на всё, как и ради её внимания. Но этот факт уже ничего не изменит!
Из палаты вышел низенький мужчина в белом халате, снимая с себя перчатки. Хмурое выражение лица, явно не сулило ничего хорошего.
- Доктор, что с ней?! Она жива?! – прокричала тётя Вера, вырываясь из моих объятий, а я просто завис… Сидел и тупо смотрел на него, рассматривая каждую эмоцию.
- Девушка жива, но… - он прочистил горло, многозначительно взглянув на мать, и поправил свои усики. – Странные симптомы, похоже на передозировку наркотическими веществами – сказать, что мужчина ошарашил меня и тётю Веру не сказать ничего.
Редиска и наркотики? Нет…да бред какой-то. Дашка всегда была слишком правильной. Девчонки на Новогоднюю ёлку приносили пиво, а она тихо в стороне стояла, да и не курила никогда, а тут наркотики. Нет. Даша не могла. Да зачем ей это?
Тётя Вера пошатнулась, но мужчина ловко перехватил её руку, перетягивая на себя. – Осторожно. Вам нужно пройти со мной – пробубнил тот, уводя её от палаты.
- Доктор! А можно я зайду к Даше? – мужчина обернулся и смерил меня невидящим взглядом.
- А вы кто, молодой человек? – уже третий раз за этот сумасшедший день мне задают этот вопрос, а я всё сильнее с каждым разом понимаю, что никто я ей, да и не хотела бы она, чтобы я был ей кем-то.
- Жених – всё так же сухо произнёс я, обращая внимание на то, как на эту новость отреагировала тётя Вера.
Женщина повернула на меня голову и посмотрела так, будто видела меня впервые.
- Ну раз жених… Проходи – не слушал дальше ни слова. Подскочил на ноги и открыл нужную палату. Пусть мне сказали, что она жива, но я должен увидеть её своими главами, иначе не успокоюсь.
В палате было темно и лишь одинокая лампа где-то в углу освещала всё помещение. С боку стояла кровать, где и лежала моя бедная девочка. Лицо было сравнимо с белыми стенами этой самой палаты. Бледность его пугала.
Сухие губы были чуть приоткрыты, а глаза бессмысленно смотрели в потолок, абсолютно безразличный взгляд. Казалось она не замечала, что не одна, не замечала света или стен, ничего не видела вовсе, но глаза не закрывала.
- Редиска… - еле слышно всё же нарушил я тишину комнаты, сев на стул возле неё.
Девушка не посмотрела на меня. Сложилось впечатление, что она и не слышала совсем, что я позвал её.
- Я не могу…не буду…я не такая…! – внезапно она замотала головой, крепко зажмуриваясь, будто у неё началась истерика.