-Кстати, мы же выяснили, что я не при делах. Не хочешь извиниться?!
-Да, признаю, была не права. Прости за то, что обозвала тебя, - я смущенно сжала губы.
-Да, не ругайся больше, пожалуйста, тебе не идет. Только мужчины могут материться. Но меня больше задело, что ты обозвала себя! Ты не должна была так себя называть.
-Глеб, ты все заметил, - я немного округлила глаза от удивления, - я была так зла на вас обоих, что совсем себя не контролировала.
-Хорошо. Знаешь, Егор очень помешан на своей работе, и он по-настоящему расстраивается, когда у него что-то не выходит. Я совсем не вникал в разборки ваших фирм, но я уверен, что если вы пообщаетесь поближе, ты поймешь что он на самом деле довольно добрый и отзывчивый. Сейчас мы не очень часто видимся, но я, честно сказать, даже иногда скучаю по нему.
-Это так мило! Мы с ним познакомились в Германии на учебе. И он с того времени ни разу не обмолвился, что у него есть близнец. Ты настоящий сюрприз для меня. А кто из вас старше?
-А мы не знаем. Родители решили не говорить, что бы мы не ссорились.
Я все еще как дура улыбалась и глядела в темные гипнотизирующие глаза:
-Смотри, что у меня есть, - я достала телефон из кармана шорт и открыла ему последнюю фотографию, где они с Соней спят.
-Вау! Ты нас сфотографировала. Хочу, хочу такую себе! Кинь мне, - он открыто заулыбался.
-Хорошо, - я кивнула, и он быстро притянул меня к себе.
Расстояние между нашими лицами было около 5 сантиметров. Дыхание перехватило, и я чувствовала лишь бешенный ритм стучащего сердца. Неужели он сейчас меня поцелует! Но Глеб решил по-другому: он немного повернул голову в бок, и чмокнул меня в щеку. Мы отстранились, и я откинулась на спинку кресла. Грудная клетка ходила ходуном, я попыталась восстановить дыхание от приступа возбуждения в ответ на его ласки. Посмотри, до чего ты меня довел! Глаза Глеба блестели при свете неяркой лампы, он внимательно рассматривал меня.
-Почему тебя назвали Мариной?
Я улыбнулась вопросу и ответила:
-Мама очень хотела Марию, Машу, но когда я родилась, папа посмотрел на меня и сказал, что глаза такие глубо-синие как море, а он же еще и моряк на флоте, вот и назвал Мариной. Но мама все равно называет меня Марусей.
-Ничего себе, твой папа моряк!
-Да, служил механиком на балтийском флоте.
-Это так интересно.
-Знаешь, мне тоже интересно, я могу спросить? – не разрывая зрительного контакта, нервно произнесла я.
Глеб кивнул, и я продолжила:
-Доктор из твоего отделения, Света, у тебя с ней было что то?
-Ахахаха, Марина! Так и знал, что об этом когда-нибудь спросишь, - весело начал Глеб, но потом серьезно посмотрел на меня:
-По моему мнению, она очень красивая, но, честно, клянусь тебе, у меня с ней ничего никогда не было, и не будет.
Я сжала губы, и уже постыдилась своего интереса.
-И она выходит замуж скоро, если что.
Я виновато посмотрела на него, а Глеб подмигнул мне.
-А зачем тебе дома столько техники? Йогуртница, вафельница, ты любишь все это? – Продолжила допрос я, было ужасно интересно как все это появилось!
-Нет, я просто достал из коробок, чтобы полки не пустовали. Я ни разу ими не пользовался. Это подарки от пациентов, причем даже не мне, а другу Паше Краснову. Он больше меня занимается платными пациентами. Но у него уже полного всего, поэтому он отдал мне, - Глеб очень по-доброму погладил меня по голове.
-А ты? Расскажешь о своих отношениях с шефом? – попросил он.
-Я знаю, как это выглядит со стороны. Но все по-другому, - я пожала плечами, - он очень счастлив со своей женой. У них есть сын, но с ним натянутые отношения, потому что он сразу после университета уехал жить в Казань, там встретил женщину немного старше себя и женился, не спрашивая родителей. Но она не может иметь детей, поэтому у моего шефа никогда не будет внуков. А Петр Ильич, он очень любит детей! Они с супругой всегда трепетно относятся ко мне и к Соне. Они здорово помогли мне, когда я была беременна, а потом в декрете. Я так благодарна им! – объяснила я.
Глеб внимательно меня слушал, рассматривая мои глаза. Я молча смотрела и пыталась запомнить каждую частичку любимого лица.
-А можно твой телефон? Я хочу посмотреть еще фотографии, если ты не против, - улыбчиво попросил он.