-Мы скоро поедем, - предупредила я своего шефа.
-Ну как так, Марина? Веселье еще в самом разгаре!
-Соне спать пора, да и я устала уже, - слабо улыбнулась я.
-Позвони няне, она заберет Соню, а ты оставайся, может, повеселишься еще, - проговорил Петр Ильич.
Я неопределенно пожала плечами, быстро набрала сообщение Наташе, и внимательно посмотрела на танцующих людей, пока не заметила, как к нашему столу сквозь толпу пробирается Глеб. Я отвернула голову обратно к столу. Мое тело напряглось до состояния струны, а сердце бешено застучало, отдаваясь шумом в висках, когда он оказался рядом.
-Привет, - прозвучал родной голос. Я гордо проигнорировала его и попыталась не улыбнуться. Глеб неловко взял букет со стула и занял Сонино место.
-Ты не представишь мне своих друзей? - казалось, что его голос звучит не в воздухе, а у меня в голове. Я максимально безразлично посмотрела на него и перевела взгляд на заинтересованных начальника и его жену:
-Петр Ильич, Татьяна Михайловна, это Блохин Глеб Валерьевич, доктор, прооперировавший мою маму, - кивнув шефу, я снова посмотрела на Глеба: - это мой непосредственный начальник с супругой.
-Очень приятно, - Глеб с готовностью посмотрел на шефа и горячо пожал ему руку, кивнув при этом Татьяне Михайловне.
-Взаимно, - Петр Ильич широко улыбнулся ему, и затем посмотрел на меня.
-Ну, молодежь, мы пошли танцевать, надеюсь, вы к нам присоединитесь, - весело добавил шеф.
-Конеч.. – начал Глеб, но я грубо прервала его:
-Глеб Валерьевич не танцует.
Петр Ильич неопределенно переглянулся с супругой и увел ее в центр зала.
Гнетущая тишина повисла над столом. Я старалась не так пристально рассматривать Глеба, но это не получалось. Выглядел он совсем неважно. Усталый взгляд, которым он одарил меня, говорил о перенесенных страданиях, но я в душе не чаяла, что с ним произошло.
-Мы снова перешли на «вы»? – грустно спросил он.
-Вас что-то удивляет, Глеб Валерьевич? Как мне еще общаться с братом моего коллеги? – задала я вопрос, который еще больше расстроил его. Он заметно погрустнел, и сильнее сжал букет роз.
-Я виноват, Марина Петровна.
-И в чем же? Вы благополучно завершили лечение моей мамы, о чем я вас снова благодарю, и уехали в заслуженный отпуск, за границу. Где, как вы отдыхали, и сколько шлюх перепробовали, мне нет никакого дела, - максимально спокойно проговорила я.
Он удивленно посмотрел на меня и слабо улыбнулся:
-Спасибо, не думал, что выгляжу так, как будто только что после вечеринок со шлюхами.
Я еще раз посмотрела на него и увидела потухший карий взгляд. Белки глаз были налиты кровью. Нижние веки опухли, превратившись в темные мешки. Казалось, что щеки немного впали, и нижняя челюсть стала более острой. Еще тогда, когда Глеб приехал на дачу после операции, я думала, так выглядит максимально уставший человек, но нет, сейчас он выглядел так, как будто провел десяток таких операций. Даже его очередной стильный темно-серый клетчатый костюм с рубашкой винного цвета не спасали уставший вид Глеба.
-Нет, вы выглядите не совсем здоровым, - пождав губу, произнесла я.
-А вы, напротив, очень красивая, Марина Петровна, - пусть он и выглядел не важно, но его голос сохранился полностью, обдав меня забытым жаром секса.
Я сделала глоток воды и посмотрела на него. Вот мне ничего не надо, лишь бы сидеть вот так рядом, и никуда не спешить, наслаждаясь его обществом. Не думать о проблемах со стороны его родни, которая против меня, не гадать, где развлекался Глеб, бросив меня. Ах, как бы мне хотелось, что бы всего этого не было между нами, но, увы! Не смотря на то, что по его вине мы не общались две недели, на его болезненный вид я к своему неудовольствию отметила, что я продолжаю любить его всем сердцем и уже не смогу забыть его.