Потом, как всегда внезапно, стало совсем холодно, и я смело перешла на зимнюю трехслойную шапку. Класс! Не холодно! Но, мамадарагая, как же жарко в помещении!
Дома, перебирая свои отросшие хм… кустики, все примерялась когда красить: сейчас или позже? И приняла решение – когда руку можно будет запустить как в кошачью шерсть. Так у меня образовалась новая привычка – проверять отросло или нет до «кошки».
Рассказала мужу о принятом решении, он сощурился, оценивающе разглядывая мои гм… кудри.
- Почему не сейчас?
- Да нет почти ничего! Что тут красить?
Не прошло и пары дней, зовет меня к компьютеру:
- Смотри!
Смотрю. Дамочка-психолог, занимается с детьми. Такая жещина, ну занете… Такая дорогая женщина: макияж явно мородолелы делали и явно дорогие, очки в такой, видимо, не самой дешевой оправе, что вау, и прическа… Именно из-за неё любимый муж и позвал – платиновый блонд такой длины, что вместо "длины" хотелось сказать "высоты".
- Вооот! – торжественно сказал муж. – Небось в самом дорогом салоне столицы стриглась, а у тебя -свое и даже подлиннее будет. Пора красится.
Я взглянула на него – не шутит, ещё раз на дорогую женщину и, зафиксировав её образ в памяти, ушла проверять инструкцию к краске. Краску я припасла по случаю раньше, ещё когда только лысела.
***
Решила, что пора. А чем я хуже столичной дорогой фифы? Но сначала надо было подстричься.
- Куда?! – в ужасе завопил бы обыватель.
- Цыц! – гаркнула бы я . – Мне лучше знать!
Когда волосы отрастают, то длина примерно одинакова везде – и на макушке, и на затылке, и надо лбом. И если сверху длина в полтора сантиметра это нормально, то на затылке, особенно в районе контура – это неаккуратные лохмы. Поэтому я смело взяла триммер мужа, которым он бороду себе ровняет, и прошлась по контуру. По нижнему контуру, не пугайтесь. Височки аккуратно подстригла, на шее сделала ровненько. И сразу будто так и надо - стрижечка очччень коротенькая.
Развела мерзко пахнущую аммиаком голубоватую субстанцию и обмазалась. Походила с часами в руке, чтобы не передержать и не лишиться долгожданной поросли, смыла.
Та-та-там! Я покрасилась! Смыла и ужаснулась: желтенький цыпленок мой брат-близнец. Я же неопытная в вопросах покраски, так, хной если только. Вот и получилось… чудо-юдо ярко-желтое.
Долго и хмуро рассматривала себя в зеркало. Нет, это не годится. Остатки краски развела, намазалась, оставив себе отступной вариант перекрасить все хной или совсем на крайний случай сбрить. И замерла в нервном ожидании. Приготовила сырое яйцо – пусть вместо маски будет для волос, может, не пожелтеют? Смыла, намазалась как бы маской, а в зеркало боюсь смотреть. Но не удержалась – желтый стал только ярче. Смывала как бы маску, смирившись с желтизной и строя дальнейшие планы спасения прически.
Но вытерла, высушила, и о, чудо! Я - блондинко!
Стою, смотрюсь в зеркало. И страшно мне стало.
Я же не такая! Брр! Лоб большущий, волос почти не видно из-за него. Глаза какие-то здоровущие, больные, как у щенка. Взяла новый косметический карандаш, который серый. Сделала себе стрелки и сверху, и снизу, брови подрисовала, ресницы накрасила. Отошла, глянула и ошалела. Ау, Агузарова! Да мы родня, что ли?
Ушла, спряталась, свернулась калачиком. Я не такая!
Потом отвлеклась, то, сё. Прошла мимо зеркала, чуть кастрюлю с супом не уронила – совсем забыла какая теперь.
Но вроде ничего. Дико новая, конечно, но ничего вроде, ничего, особенно когда мельком.
Муж пришел с работы, оценил:
- О! Здорово!
***
Я стала бояться себя в зеркале. Пробегала мимо, чтобы не видеть. Иногда специально подходила и зависала: это – я? Точно я? И опять убегала. Нужно было привыкнуть. Я казалась себе наглой, дерзкой, вызывающей. Я – не такая! Я скромная, тихая, я серая мышка.
Зато теперь я могла снять свою теплую шапку в общественном месте и не стесняться. Да, я легализовала свою лысину, и шапку снять могла, но вот взгляды... взгляды все же ловила. Странные взгляды. Я сначала даже не поняла, что это за взгляды такие.
***
В детский сад потребовалась моя фотка для какого-то утренника. Я взяла телефон и стала фоткаться. Ну как фоткаться, селфи делать. Сделаю так – не очень что-то, повернусь иначе – как-то не то. Крутилась, вертелась, фоткала и так, и эдак. Нет, получается какой-то Луи де Фюнес, лысый и носатый, с хищной усмешкой. Да что такое! Ну, на стопитьсотый раз вышло что-то болеее-менее приемлемое.