Кроме того, что нужно выкопать яму и заготовить дерево, необходимо где то раздобыть кирпич, для строительства печей, тот что был у нас уже весь израсходован, на два помещения, построенные нами ранее. Такое место, где его навалом, есть, только вот находится оно далеко от сюда и пешком до него не добраться. Но ехать всё равно придётся, как бы не жалко было тратить на такую мелочь бензин, иначе построенные землянки будут не пригодны для жилья, в зимнее время.
Кроме жилищного вопроса я сильно озаботился продовольственным, пускай он именно сейчас и не стоит остро, но прокормить почти сотню человек, которые даже понятия не имеют откуда эта самая еда появляется не реально. Надо снова возрождать бригаду охотников, пускай они в прошлый раз и не сильно пополняли наши запасы, но всё же пополняли. Потому что рано или поздно у нас останется только соль и пожалуй сахар, всё остальное слопаем.
Поэтому следующее дело, которому я посвятил своё драгоценное время, было общение с единственным нашим штатным снайпером.
— Надо Петя за старое приниматься — прямо так и сказал я ему, не виляя вокруг да около.
— Это за что же?
— На охоту выходить, за что же ещё. Но прежде коллектив собери, народу у нас много стало, не все же из них придурки конченные, может найдёшь парочку, кто на что нибудь и сгодится. Так что бросай все земляные работы и вперёд, а как готов будешь к выходу, мне доложишь.
— Есть доложить — ответил снайпер передовая лопату сменщику.
Пока я занимался общими вопросами, Васька Сутягин перетёр с матросиками, которых собирался зачислить в свой развед отряд и поймав меня возле почти готовой к заселению землянки, отрапортовал:
— Всех заберу, толковые ребята, малость шебутные конечно, но думаю это так, перед своими форсили. Я им уже сказал, чтобы перебирались в наш шалаш. Ты как не против?
— Не против, а почему я должен быть против, если тебе подошли то я только за.
Дальнейший наш, с разведчиком, путь лежал к тому месту, где копают для себя землянку связисты. Есть у меня желание организовать дозор по ближе к дороге и протянуть до него телефонную связь. Для этого, я так понимаю, у нас всё имеется, не зря же связисты сюда попали прямо с пол пути, от начала выполнения ответственного задания, по обеспечению бесперебойной связью своего командования.
Но только мы подошли к связистам, как меня окликнул женский голос:
— Товарищ командир, можно вас на минутку.
— Вася, объясни пока старшине в чём заключается цель нашего визита, а я пока с женщиной пообщаюсь.
— Объясню, только ты там долго не задерживайся, а то меня вчера на место ставил, что я на баб зыркаю, а сам чего же, подчинённые не поймут.
— Заткнись балобол, я её первый раз в жизни вижу, да и старовата она, сам что ли не видишь, женщина в летах, ей под тридцать наверняка.
Подойдя к ожидавшей меня особе, убедился, что был прав, тридцать ей не меньше, да и не в моём она вкусе.
— Слушаю вас?
— Вот вы нам лопаты раздали и яму копать заставили, а про нормальный нужник не озаботились. Куда нам ходить, в мужскую уборную или в кустики что ли, так тут у вас под каждым кустом по мужику. И чего прикажите делать?
Я по началу подумал, что она дурака валяет, но смотрю рожа у неё серьёзная пускай и красная. Нет не шутит, на полном серьёзе пришла просить, чтобы я сральник им построил. Хотя если подумать, а к кому ей ещё идти, не к Крайнову же.
— Виноват, не подумал, исправим положение, к вечеру — отрапортовал я чувствуя, что и сам становлюсь таким же красным, как тётка.
Развернулся и ушёл, вот же вопросы задают, не знаешь даже, как вести себя.
— Чего она хотела? — спросил меня сержант, когда я к ним вернулся.
— Не поверишь, сортир требовала отдельный построить.
— Почему не поверю, на Рынке так тоже отдельные были, там ещё на дверях были буквы намалёваны, чтобы значит не перепутали кому куда бежать, в случае надобности.
— Ну раз ты у нас такой умный и знаешь, как должно быть, вот всех своих соберёшь и к вечеру бабский гальюн построишь, и давай мне тут без возражений. Прямо сейчас иди и начинайте, я со старшиной всё сам улажу.