Водку распили вечером, причём как и говорил Васька чисто символически, потому что разливать её пришлось на всех, кто был в землянке, а набралось нас здесь двадцать шесть человек. А что, на мой взгляд по пятьдесят грамм самое то, не поплохеет и весело. В качестве закуски сожрали всю тушёнку, короче проставился сержант по полной, за объявленную благодарность.
Зато, как хорошо было утром, голова не болела, а вспомнить было чего. Пока умывались и брились, думал чем занять сегодняшний день. Понятно, что надо разобраться со всем, чего привезли, а потом куда. Но за меня оказывается всё давно решили и сделал это паренёк дежурный, что сменился после завтрака. Он поймал меня у выхода из землянки, когда я собирался отнести на кухню посуду.
— Товарищ лейтенант, разрешите обратиться — пожалуй как то слишком официально спросил он разрешения на разговор.
— Чего тебе? Только быстрее, если можешь или пошли со мной, по дороге поговорим.
— Тогда лучше по дороге.
Я перемахнул окопчик и спустился вниз, а затем прямиком на кухню, парень не отставал, но пока что помалкивал.
— Говори чего хотел, у меня дел сегодня навалом — поторопил я солдата.
— Да не знаю даже, как сказать. Я сержанту Ерёмину вроде докладывал, так он послал меня.
— Ты если прямо сейчас не скажешь, зачем пришёл и я так же сделаю.
— Я сегодня на холме в дозоре был, так там солнышко из-за туч минут на пять всего вышло и опять они его закрыли.
— Ты чего издеваешься? На хрена мне это знать то надо, сам подумай. Ну вышло и вышло, завтра ещё выйдет.
— Так товарищ сержант тоже осерчал, когда я его попросил в бинокль посмотреть, там же уже ничего видно не было, облачность опустилась, а я его предупреждал, что сейчас он точно ничего не увидет.
— Твою мать, боец или ты сейчас всё как надо расскажешь или я не знаю чего с тобой сделаю.
— Есть товарищ лейтенант. Докладываю, во время несения службы мной обнаружен не известный объект, идущий от берега к морю, на расстоянии примерно километров пяти от поста наблюдения.
— Вот можешь же, когда захочешь. Молодец, всё правильно доложил, как положено, по уставу. Ну раз доклад сделал, то всё иди отдыхай, давай.
Я сделал шагов пятнадцать, прежде чем до меня дошло сказанное солдатом, резко обернулся и закричал ему в след, перепугав находящихся рядом людей.
— Эй боец, как там тебя, а ну давай обратно.
Солдат подбежал и вытянувшись по стойке смирно снова доложил:
— Рядовой Михайлов.
— Это я понял, ты мне вот что, ещё разок, только по подробнее расскажи, чего там тебе померещилось.
Солдат ещё раз пересказал о том, что увидел, но снова делал это путано и заковыристо, вспоминая восход солнца, матерные слова Ерёмина, в свой адрес, а так же, как холодно ему было на посту. Не зацикливаясь на подробностях я лихорадочно соображал, чего он мог там увидеть, а то что он чего то видел, в этом я не сомневаюсь, больно он какой то нескладный, а таким по жизни иногда такой фарт выпадает, что другому и во сне не приснится.
— Давай ты мне лучше с верху всё покажешь. Стой тут, сейчас посуду отдам и пойдём.
Близко к часовому мы подходить не стали, зачем мешать человеку нести дежурство. Встали в сторонке и парень на пальцах мне объяснил, что и как он это заметил. Пожалуй я ему поверю, с этой точки много чего в хорошую погоду можно рассмотреть, тем более он заявляет, что вчера в том районе ничего не было. Ну если пацан не ошибся, произведу его в ефрейторы.
— Так боец, мне доложил и этого достаточно, никому больше не докладывай и не рассказывай, а то на смех подымут. А мы с разведкой твой доклад на всякий случай проверим, вдруг там враг окопался. Сейчас давай в землянку и отдыхай. За бдительность объявляю тебе благодарность, правильно поступил.
— Служу Советскому Союзу — отчеканил он и отправился вниз.
Паренёк то похоже из последнего призыва, раз так ответил. Ну это я так между делом подумал, тут о другом подумать надо, на чём на разведку ехать и кого с собой брать.
Неужели всё таки пробило нашу территорию на новые подарки. Хотя лично я ничего не увидел, да и Ерёмин послал бойца подальше с его видениями. Но прокатиться всё равно не мешает, возможно после обеда этим займусь, а сейчас машину надо разгружать. Хорошо, что заморозков по ночам пока нет, а так бы по морозили все овощи.
К разгрузке привлекли все армейские силы, таскать далеко, продуктов достаточно, а кроме этого ещё и патроны надо перекинуть в газон, с новеньким обмундированием, там у нас хранятся наиболее ценные вещи, больше пока негде. Я как и все не отлынивал от физических работ, но вот полноценно мне работать долго не дали. Во время очередного прихода к овощехранилищу ко мне подошёл один из студентов и спросил: