- Так точно, товарищ лейтенант - бодро ответил весёлый старичок.
- Ну вот видите, как мы плодотворно сегодня поговорили, всем всё понятно и причём с первого раза, надеюсь, что и дальше у нас так же всё гладко проходить будет.
Шестаков постучал костяшками ладони по столу, а Митрохин поплевал через левое плечо, буду надеяться, что оба постарались на совесть и их заклинания помогут в работе.
- А сейчас я бы хотел вас ещё на несколько минут задержать. Вася принеси из серванта рюмки и бутылку.
Сутягин кивнул головой и приволок четыре рюмки и бутылку коньяка, а за оставшейся посудой сходил ещё раз. Я открыл уже начатую бутылку, разлил часть её содержимого по рюмкам и сказал:
- Давайте помяним человека, который хотел бы сегодня быть с нами, но не смог. Пусть земля Петру Ивановичу будет пухом.
Коньяк мы допили за один присест, но и этих десяти капель на брата хватило для того, чтобы народ раскрепостился и стал относится к сидящему рядом с ним человеку, как к старому знакомому. А принесённый Шестаковым из кухни кипяток и заваренный прямо в чайнике чай, с конфетами, сделал обстановку почти семейной. Люди разбились на группы, которые сформировались по интересам собеседников либо к дальнейшей совместной работе, либо к профессиональным навыкам друг друга. Шестаков возглавил группу в которую естественно вошли механик, электрик и прораб, и почти без перерыва обстоятельно отвечал, на задаваемые ими вопросы. Ухов, Рогов и Ерёмин, атаковали уставшего, но счастливого, от такого внимания, к своей персоне, Столярова. А Сутягин весело болтал с ботаником Митрохиным, обсуждая перспективы на урожай, чуть ли не маковой соломки.
Я же перебрался в дальние апартаменты и прихватил с собой Солодова, его познания относительно Универмага меня очень заинтересовали. Но как оказалось, они были только вершиной айсберга, который мы с ним на пару стали раскачивать, с каждым разом вытаскивая наружу всё больший кусок его подводной часть. Глаза, не молодого мужчины не светились, а горели озорным огнём, когда он мне стал рассказывать о том, как они с Корейко собирались построить свою империю, проведя за обсуждением различных вариантов, этого масштабного строительства, не одну бессонную ночь. А свою финальную речь он произносил, как талантливый оратор, пытаясь зажечь словом сердца масс.
- Вы поймите, судьба дала всем нам шанс, стать родоначальниками целого мира и только от нас будет зависеть, каким он станет в конечном итоге. Мы не должны допустить ошибок этих доморощенных стратегов, которые завели нашу страну в тупик, выкинули её на обочину истории. Мы должны всем доказать, что мы нация умных, трудолюбивых, честных и гордых людей. Сейчас, как мне кажется, я отчётливо понимаю, почему Пётр Иванович решил ехать именно к вам. Он увидел в вашем поколении ту движущую силу, которая способна, воплотить в реальность все наши мечты. Ваша самоотверженность, можно даже сказать самопожертвование, ради высших идеалов и наше понимание экономических законов, способны создать тот симбиоз, который преодолеет все препятствия на этом не лёгком пути. Пути к действительно светлому будущему, в котором не будет этого быдла, которое сейчас на рынке, делит между собой остатки того, что им никогда не принадлежало и досталось надо заметить, по какому то недоразумению.
Я поначалу подумал, что на моего собеседника так повлиял выпитый коньяк, ну бывают такие люди, которым сколько ни налей, они сразу в дымину. Но потом понял, он вполне трезв и говорит обо всём на полном серьёзе. Я конечно тоже за то, чтобы построить империю, но вот вопрос, кто в ней будет императором и не появится ли у него завистники, желающие любым способом сместить его с трона. Нет, лично я против того, чтобы переименовываться из лейтенанта в императоры, ни чего не имею, комбатом мне уже предлагали быть, пора и дальше двигаться. Но не будут ли против этого доблестные бойцы Красной Армии, они с их рабоче крестьянским самосознанием, навряд ли станут терпеть такое предательство. Так что пожалуй я воздержусь, от принятия скоропалительных решений, но кое чем из предложений стратега экономиста всё же воспользуюсь, но не сразу, буду постепенно подталкивать, эти самые массы, к тому, чтобы они самостоятельно созрели для проведения в будущем, экономических реформ.
- Это всё конечно интересно, Алексей Иванович, но для того чтобы что то начинать делать, надо иметь какую то материальную базу, а у нас даже нет элементарного учёта, на складе.
- Так в чём же дело? Мы с супругой готовы прямо с завтрашнего дня начать этим заниматься, вы нас обеспечьте только бумагой, а остальное у нас имеется.
- Ну этого добра у меня навалом, досталось по наследству, вместе с кабинетом. Домой пойдёте я вам пачку дам, там наверное листов пятьсот будет. Хватит для начала?
- Конечно, но не это самое главное, пора запускать, денежные отношения между жителями вашего, извиняюсь, нашего анклава. Вот увидите, как это повлияет на рост производительности труда.
- Вы в этом уверены?
- Абсолютно, вы только начните, потом мне ещё спасибо будите говорить.
- Попробовать конечно можно, только есть одна проблема, отсутствие денежной массы в нашем королевстве, а печатный станок я дома оставил, вот же незадача.
- Вы зря иронизируете, Пётр Иванович готовился к переезду, попробуйте поискать, наверняка у него что то припасено на этот случай, насколько я понимаю вы полноправный наследник всего того, что ему принадлежало.
- Ну, допустим не наследник, а всего лишь компаньон, но его доля, в нашем деле, согласно договора, автоматически перешла в моё распоряжение - решил я сразу расставить все точки над и, чтобы даже мысли ни у кого не возникло развивать пасть на чужое имущество.
- Тем более, вам и карты в руки. Я думаю вы просто обязаны воплотить в жизнь то, о чём мечтал Пётр Иванович.
- Давайте договоримся так, вы завтра начинайте переводить наше хозяйство на новые рельсы, а я попробую разыскать, то о чём вы говорите. Но сразу вас хочу предупредить, без моего ведома даже разговоры, о каких либо новшествах, не вздумайте с кем бы то ни было заводить. Здесь ещё не раз надо всё обдумать.
- О чём речь, я же всё понимаю. Но если вас будет интересовать моё мнение по какому либо вопросу, на экономическую тему, можете обращаться в любое время дня и ночи, я всегда с удовольствием дам вам свою консультацию.
- Хорошо, но пока считаем вашей первоочередной задачей, проведение полной инвентаризации складского хозяйства.
Интересный мужичок к нам забрёл на огонёк, тоже мне кремлёвский мечтатель нашёлся, ладно пускай занимается делом, пока мешать не будет и я на его причуды сквозь пальцы смотреть буду. Хотя с некоторыми пунктами, его тезисов, я пожалуй согласился бы.
После того, как все разошлись и мы остались вдвоём с Сутягиным, я спросил его:
- Ну и как они тебе?
- Да хрен их знает, что про человека сказать можно, после одного дня знакомства. На первый взгляд вроде нормальные мужики, только какие то они другие, не похожие на нас.
- На кого это на нас?
- Ну на тех кто воевал, на кого же ещё. Ты сам то этого не заметил что ли?
- Не знаю, может они другие потому что возраст у них другой?
- Может быть, чего гадать то, время покажет какие они на самом деле.
- Твоя правда, только не хотелось бы, чтобы за это время кто нибудь из них, не дай бог конечно, чем то навредил нам.
- Пускай попробуют, рука не дрогнет.
- Во кстати, вовремя напомнил, ты завтра двух морячков возьми и с нашим водилой, на белой машинке, сгоняйте к лодочке, что мы на берегу нашли. Да не забудь хозяина её прихватить и парус со склада, я мужику давно обещал, что заберём её оттуда, да как то всё не получалось.
- Это катамаран что ли, приволочь сюда? - уточнился сержант.
- Его самый.
- Так бы и говорил, а то про лодочку какую то мне заливает. И при чем тут, рука не дрогнет?
- Какая рука?
- Ну я тебе говорю, если что, у меня рука не дрогнет, а ты мне про лодку сразу сказал.
- И чего?
- Всё я спать пошёл, не понимаю уже ни чего, что ты тут мне втираешь? - сказал Сутягин на прощание и вышел.
Смотри ка словечек каких нахватался и не скажешь, что всего лишь, как полгода тому назад с фронта вернулся, тоже мне полиглот. А чего это он мне про руку тут говорил, у меня чего руки с перепою дрожат, да вроде пока что нет. Ладно завтра спрошу, сейчас спать пора, тоже уже ничего не соображаю.