- Чего не спишь? - спросил я его, хотя и сам прекрасно знал ответ, на поставленный вопрос.
- Отвык я от такого шума, прямо как на рынке с утра. И на хрена ты их подобрал. Бегали себе по лесу и пускай бы бегали, может рыночные их бы подобрали, там им самое место и было бы.
- А связистов и моряков, тоже надо было отдать?
- Ну ты нашёл с кем сравнивать. Эти как пришли, сразу обустраиваться стали, шалаши поставили, оружие в пирамиды установили, часового выставили, нашему мичману обо всём доложили и ждут, когда ты их на довольствие поставишь.
- Раз ждут, тогда вставать надо, да и пожрать нормально не мешало бы. Ты как, пойдёшь?
- Пойду конечно, чего спрашиваешь.
Мы попытались было пробиться к тому месту, где у нас обычно чего то готовилось, но не тут то было. Какой то сверх энергичный мужичок отправил нас в конец очереди, выстроившейся за бесплатным супом. Скандалить не стали, орущих и без нас здесь хватает.
- Видал, пришли в гости и тут же нам команды отдают - бросил мне упрёк Сутягин.
- Да не обращай внимания, кому то же эту толпу надо сдерживать. Нашёлся желающий, так и пускай дирижирует, мы спокойно и тушёнкой обойдёмся.
Пока Васька бегал к машине, где хранятся продукты, я нашёл Ухова, который о чём то беседовал с уже знакомым мне мичманом, Роговым кажется. Заметив меня, они как и положено встали и поприветствовали старшего по званию, ну слава богу, что здесь пока что ничего не поменялось, а то у меня сегодня не то настроение, чтобы порядки наводить.
- Вот командир, можно сказать однополчанина встретил, он на флоте тоже с тридцать шестого.
- Однополчанин, в таком месте, можно сказать подарок к дню рождения. Как мичман, рассказали тебе, куда вы провалились?
- Так точно товарищ лейтенант, обрадовали. По началу думал шутят или того хуже, издеваются, но потом вот Коля появился и всё по свойски разъяснил. И всё равно до сих пор не до конца верится, а когда матросам рассказал, так они меня на смех подняли, подумали, что я такую байку для поддержания боевого духа придумал. Но потом дошло и смех волной смыло, хорошо, что у меня первогодок всего два человека, а то бы наверняка кое кому сопли пришлось утирать, как барышням, что с вами приехали.
Не много посидели молча, думая каждый о своём, наверняка у них дома остались люди, которых здесь не хватает. У меня на воспоминания было достаточно времени, а вот у Рогова, да и того же Ухова, маловато, чтобы понять умом и сердцем, что изменить уже ничего нельзя. Потом пришёл Василий, принёс шесть банок тушёнки и горсть конфет к чаю, раз он сегодня за официанта, то послали его ещё и на кухню, раздобыть там самодельных лепёшек, их то наверное получится без очереди взять.
- Ну и гнида этот дирижёр, где только до этого он околачивался, что так командный голос натренировал - высказался сержант по возвращении.
- Председатель парткома колхоза имени "Розы Люксембург", товарищ Крайнов Фёдор Ильич, так он мне представился, правда документов при нём не было - ввёл нас в курс дела Ухов.
- Нормально, только мне здесь партийного деятеля не хватало, может сразу его на место поставить, как думаете? - решил я посоветоваться с мужиками.
- Пускай пока по руководит командир, нам же спокойнее будет, в расход пустить всегда успеем - вполне серьёзно высказался мичман Ухов.
- Ну как скажешь, посмотрим, чего из его руководства хорошего образуется. Слышь Коля, не в службу, а в дружбу, старшину связиста приведи, пока сидим здесь все и с ним по ближе познакомимся, да за одно и Ерёмина тащи, соберём совет командиров.
Ухов ушёл искать старшину и сержанта, а мы с Сутягиным остались доедать открытую тушёнку, в обществе мичмана Рогова.
- Тебя как по батюшке кличат, мичман? - спросил я моряка.
- Виктор Ефремович, а что?
- Ничего, просто не нормально это, если я всё время буду тебя мичманом звать, правильно?
- Наверное, товарищ лейтенант.
- Пока остальных нет хочу тебя, Виктор Ефремович, про людей, что с тобой пришли, расспросить. Может есть бойцы, что в разведку хаживали, у кого то ещё какие нибудь таланты или заслуги перед родиной имеются. Нам бы к примеру второй снайпер не помешал, а кандидатов на эту должность пока не просматривается.
- На счёт снайпера, наверное и я ничем помочь не смогу, не замечал за своими такого мастерства, а в разведку, что же, ходили и не раз, только таких моряков отдавать не хотелось бы.
- Так ты их никуда и не отдаёшь, они здесь, рядом будут, только задачи перед ними не много другие стоять будут и всё. Вот сержант у нас, командир отделения разведчиков. Он кстати сегодня ночью, в одиночку ликвидировал одного нашего злейшего врага, по приказу которого не один десяток наших положили, так что не жалей, если есть кто, отдай ему, они для всех нас стараться будут.
- Что же если только для общего дела, тогда можно.
- Понимаешь Витя, здесь жизнь не много другая, хотя может и не сильно отличается от той, что раньше была, но всё же. Тут за нами никого нет, пойми, мы сами за всё отвечаем и про всё думаем, так что, как говорят французы, один за всех и все за одного.
- Ну про это можете не сомневаться, моряки никогда никого не подводили и не предавали, за своих я могу, как за себя поручиться.
- Молодец, если так веришь людям. Только вот у нас недавно случай был, человек один, можно сказать лучшим другом Василия считался и у меня не на последнем счету был, а несколько дней назад приехал со своими новыми друзьями убивать нас, причём он им дорогу к нам и указал. Это я к тому говорю, что соблазнов здесь много, а командиров только ты, да нас ещё, теперь пятеро и ни трибунала тебе, ни особого отдела.
- Понятно товарищ, лейтенант.
- Здорово, тогда к тебе сразу просьба и приказ одновременно, людям сам всё объясни, что и как, и главное дай понять им, мы своих ни при каких обстоятельствах не бросим, но и они за нас должны горой стоять. Согласен с такой постановкой вопроса?
- Согласен, товарищ командир. Это капиталисты правильно говорят, один за всех и все за одного, надо же, как черти верно закрутили.
Когда вернулся Ухов, с теми, за кем его посылали, мы с мичманом успели выявить четырёх бойцов, пригодных для разведки. Сутягин завтра же с ними переговорит и если они его устроят, то переведём моряков в его подчинение. Определили так же место постоянной дислокации подразделения морских пехотинцев, землянку они начнут копать рядом с нашей и соединим их, после завершения строительства, ходами сообщения. По мнению моряка так будет проще оборону держать, в случае внезапного нападения. А вообще он оказался вполне компанейским мужиком, про жизнь понятие имел такое же, как и мы с Сутягиным, к юмору относился нормально и самое главное успел понять, что ничего здесь с неба не падает, за всё драться приходится.
Старшина Шестаков, по возрасту, был старше всех остальных, ему уже далеко за тридцать и вёл себя он соответственно, более рассудительно что ли. Для знакомства служака попросил лично меня подтвердить, что всё, чего ему рассказали Ерёмин и Ухов ранее, является правдой и что он действительно, со своими связистами, попал не пойми куда. Делать не чего, пришлось рассказать ещё раз версию незабвенного товарища Штильмана, про сдвиг в пространстве, на мой взгляд она именно на таких людей и рассчитана.
- Вот это ни хера себе, протянули связь - только и смог он вымолвить, после моего выступления.
Этот его эмоциональный всплеск, подвёл черту под официальной частью нашего разговора, вызвав всеобщий смех. Дальше беседа шла, как на домашних посиделках старых друзей, обсудили всё, что у кого до этого было на фронте, как здесь в лесу гуляли, Сутягин не преминул порассуждать про женский пол, вальяжно прогуливавшийся после ужина неподалёку. А закончили собрание темой верности присяги и воинскому долгу, причём не я её начал, как не странно.
- Считаю так, товарищ лейтенант, солдат он везде солдат и долг, для него превыше всего, а особенно в таких условиях, как мы оказались. Иначе что же, один бардак и безобразие. Нет я понимаю, люди должны будут свою жизнь, как то налаживать, вон и сержант про баб не зря разговор затеял, с этим понятно. Но вот думаю я, раз солдатом ты сюда попал, то им и должен оставаться, не просто же так это случилось, значит кому то надо, чтобы русские солдаты здесь оказались. Верно? - высказал своё мнение старшина Шестаков.