Жак выключил запись, ему стало понятно всё до мелочей, всё то, что Саманта не сказала, но попыталась донести, ибо можно не всё сказать, но донести на подсознательном уровне, и это гораздо эффективнее, чем простые слова. Ему осталось только ждать, когда струя от джета минует Землю, он рассчитал траекторию Земли и струи. Получилась такая картина: струя не будет «стоять» на месте, она сместится от орбиты Земли к Северному полюсу и дальше к Полярной Звезде, соприкосновения больше не будет минимум на сто тысяч земных лет, а что будет далее – дела других эпох учёных и астрофизиков. Жак, Саманта и Ник сделали своё дело, можно собирать новую технику, идти к новым рубежам, смелым проектам и к новым открытиям, навстречу неизведанному.
Все записи вчерашнего вечера и начало сегодняшней ночи он перенёс на оптические носители, удалив из недр компьютера предварительные записи без возможности восстановления, посмотрел на часы, они показывали два часа ночи, ему захотелось перекусить, ведь он не ел уже около девяти часов. Направился к холодильнику в поисках пищи, нашёл там три яйца, две сосиски, твёрдый сыр, томатный кетчуп, и приготовился готовить любимый деликатес – яичницу-глазунью с сыром, полив сверху кетчупом. То, чем радовала Саманта дома, на работе было недоступно. Последним штрихом такого ночного приёма пищи был, естественно, крепкий кофе.
Даже когда в космосе всё стало понятно, тем не менее, он решил понаблюдать за прохождением струи от джета по таинственной завесе, которую устроили его голубки. Снова включил аппаратуру с одним радиотелескопом, направил его на то место, где должна быть струя. Как и в десять часов вечера предыдущего дня, его ожидала чернота, линия спектра была ровной и лежала на нуле. Жак посматривал на монитор, приготавливал съестное в микроволновке, периодически открывая её для добавления ингредиентов. Тут ему в голову пришла дельная мысль. А что если просматривать картинку не во всём спектре, а в составных частях? Ведь так можно будет эффективнее анализировать то, что проникает через завесу.
Микроволновка отключилась по таймеру, а он манипулировал на клавиатуре, забыв про голод и про съестное, которое его ждало. Переключал диапазон спектра от жёсткого рентгена до радиоволн длинного диапазона с малым шагом, внимательно всматриваясь в картинку, а полумесяц возрастал, но все значения были на уровне фона. Лишь самый нижний край инфракрасного диапазона и микроволны были немного завышены. Следовательно, эта завеса преображала пагубное излучение в безобидный нижний край инфракрасного диапазона и в микроволны. Но как такое было возможно? Ведь на Земле не придумали ещё такого преобразователя, да ещё плоской формы.
Тут на ум Жаку пришла картинка: когда на планете Виклон ожидали сильный звёздный ветер от ближайшей звезды с рентгеновским излучением, то молились Сверхразуму всей планетой, и возникала завеса, подобная той, которую он наблюдал в данный момент на мониторе. Никакое излучение не проникало через неё. Этого он не мог помнить, так как был тогда слишком мал, но это было заложено в его мозг, минуя сознание. Именно эта картинка проявилась в нём сейчас, а поскольку Саманта являлась полноправным представителем планеты Виклон, то она спокойно могла молиться Сверхразуму, чтобы Он даровал Свою защиту и покровительство для землян, как то имело место с исцелением Ника. Так неужели она имеет такую силу? Выходит, да. Это вторая разумная мысль, которая посетила его голову.
Жак окончательно решил перекусить, не отключая монитора. Он достал остывающую яичницу и стал медленно кушать, запивая кофе, а полумесяц медленно возрастал на завесе, но не касался его голубков. «Так, допустим, мне соберут двадцать спутников и один ретранслятор, допустим, я буду работать на них, достигну новых рубежей, открою несколько вселенных, и ещё Бог знает что. Ну а спутники от Президента куда девать? Не топить же их в водах Тихого океана? Это будет самое неразумное решение, ведь им не более пяти лет, а работать они могут до двадцати лет и больше. И Президента оскорбить не хочется, даже если он будет экс-Президентом. Значит, надо оставить в работе и его спутники, но дополнив их одним ретранслятором, слить в один массив, получим двадцать восемь спутников, «повесить» их на одну орбиту высотой в две тысячи километров или выше. Распределить равномерно по окружности орбиты, получим составное «зеркало» диаметром, примерно, семнадцать тысяч семьсот тридцать два километра или чуть больше, а это разрешение в десятитысячную угловой микросекунды и больше, до наносекунды. Такие сверхдлинные базы и составное зеркало правильной формы не использовал никто. На мой взгляд, это единственное верное решение со всей этой махиной радиотелескопов повышенного разрешения», – такие мысли появились у Жака, пока он доедал яичницу с сыром.