Ничего не оставалось делать, как изъять удостоверение, удалить из базы данных биометрию сотрудника и написать в увольнительной карточке указанные Жаком слова. Когда с этой процедурой было закончено, Жак направился к вертолётной площадке, и сотрудник тоже было направился туда же.
– А ты куда идёшь? Ты уже не мой сотрудник, и тратить на тебя авиационный керосин я не собираюсь, – отрезал Жак.
– Как же я доберусь до дома без увольнительного пособия?
– Это твои проблемы, меня они не касаются.
– Жак, ну сделай исключение из твоих правил, – взмолился Майкл.
– Сегодня исключение, завтра тоже исключение. Анархия получится, – настаивал Жак.
– Я за него заплачу, – не унимался авиапилот.
– Это твоё полное право, – немного пошёл на уступки Жак.
– Тогда полетели, – и винтокрылая машина стала подниматься в воздух.
После достижения определённой высоты Жак стал оглядываться по сторонам, ему воочию захотелось увидеть ту пелену, которую держали его голубки. Ведь радиотелескоп – одно дело, а собственные глаза – совсем другое. Он думал, что увидит завесу или тень от неё, но всё было тщетно, словно завеса скрывалась от его пытливого взора. Майкл заметил реакцию Жака и невольно спросил через рокот двигателя:
– Ты что оглядываешься по сторонам, словно в первый летишь по этому маршруту?
– Да вот, захотелось полюбоваться земным небом, его цветом и облаками, – уклончиво ответил тот.
– Ой, не хитри, знаю все твои повадки, выучил за эти пять лет.
– Ну, молодец. Ставлю тебе «отлично».
Он озирался по сторонам, ища своим взглядом то, чего нельзя было увидеть, ведь человеческий глаз мог увидеть только материальные вещи, а это было на более тонком плане, который скрыт от человеческого взора. Кто бы их принял за шизофреников, если бы тонкий план был доступен всем. Поэтому тонкий план мира сего был сокрыт от людей.
Майкл вёл вертолёт спокойно, без виражей и выкрутасов, не как вечером прошлого дня, он доказал, на что способен в воздухе. У него было преимущество перед Жаком, ведь тот мог вести машину в двух степенях свободы, на дороге, а у Майкла было целых три, поэтому он превосходил Жака в какой-то мере, забыв про то, что его хозяин не хуже его самого мог управлять вертолётом. Так незаметно они долетели до NASA.
Группа сотрудников направилась кто куда. Майкл хотел было заправить вертолёт, но Жак остановил его, сказав:
– Сначала помоги мне донести коробки до производственно-технического отдела, а потом я подожду тебя.
– Как скажешь, Жак, если меня туда пропустят.
– А ты будешь со мной – куда иголочка, туда и ниточка, – ответил Жак русской поговоркой.
– И где находится этот отдел? – уточнил Майкл.
– Тут недалеко, через два корпуса. Доедем на машине, так удобнее будет.
– Ну, поедем, если так, – согласился Майкл.
Они уселись в машину, ехать было недалеко, всего семь минут – и они были у цели. Взяв коробки из багажника, направились к проходной, а там попросили пропуск. Жак показал удостоверение руководителя Особого отдела при Президенте, на это ответили:
– Мы не знаем такого отдела. Покажите наше удостоверение.
– Мы к вам с особо крупным заказом для Особого отдела, можете позвонить заместителю руководителя отдела по наблюдению за Дальним Космосом, он должен меня помнить, поскольку я работал в том отделе. Или дайте мне телефон, я сам позвоню ему.
Тут у проходной появился один из сотрудников того отдела, узнал Жака и поприветствовал его:
– Жак, это ты? Боже мой, как давно не виделись! Как твои дела? Где ты работаешь сейчас? Что у тебя нового за эти пять лет? Какие проблемы решаешь? – засыпал вопросами знакомый сотрудник.
Вместо ответов Жак показал удостоверение руководителя Особого отдела при Президенте по наблюдению за Дальним Космосом, дал Роберту возможность прочесть всё внимательно, лишь после этого он сказал:
– Дорогой Роберт, взаимно приветствую тебя. Тебя Сам Бог послал сюда и именно сейчас. Новостей – куча, а рассказывать обстоятельно некогда, вот пришли сюда сделать особо крупный заказ для новых изысканий и работ в области Дальнего Космоса, можно сказать, это Госзаказ, но не для меня, а для будущей науки и для человечества. Спонсирует заказ сам Президент США, я только посредник и разработчик этого проекта, а также активный руководитель. Нас не пропускают в здание, принимая за чужаков, помоги нам с этой бюрократией справиться. Я после ночной смены, устал, не знаю как, а мне ещё объяснять, что, куда и сколько.