Наблюдения за гамма-лучами можно использовать для поисков гипотетических ″антизвёзд″ поблизости. Гамма-излучение рождается во многих астрофизических процессах, включая аннигиляцию при столкновении частицы и античастицы. Такое излучение могло бы возникнуть и при аккреции обычного межзвёздного вещества на звезде из антиматерии, а выделить это событие из других можно по особенностям спектра. Так, аннигиляция нуклона и антинуклона чаще всего происходит с рождением пионов (пи-мезонов) – самых лёгких мезонов, которые затем распадаются на другие элементарные частицы, на два гамма-кванта. Поэтому спектр излучения при аннигиляции барионной материи с антиматерией должен обладать характерным пиком на энергиях около семидесяти мегаэлектронвольт – это половина массы нейтрального пи-мезона. Такие же особенности спектра характерны и в многочисленных реакциях с ″лёгким″ антивеществом – например, аннигиляции электронов и позитронов, но там работают совсем другие значения энергии гамма-квантов – порядка ноль целых пять десятых мегаэлектронвольт.
Ещё одна ожидаемая особенность спектра для реакций барионного антивещества, например, пороговая отсечка на энергиях выше девятьсот тридцать восемь мегаэлектронвольт, что соответствует массе покоя протона. Такие сигнатуры в спектрах пытаются искать во многих естественных и искусственных ядерных процессах как признаки антиматерии, и по ним же сделали заключение о возможном обнаружении нескольких ядер антигелия в эксперименте AMS-5.
Ну, хватит на сегодня теории, пора и домой собираться – время около восьми, ночная смена скоро придёт, а у меня посуда ещё не аннулирована», – закончил Жак ход своих размышлений.
Он аккуратно выбросил посуду в мусоропровод, вымыл руки, надел пиджак и направился к выходу из кабинета. Открыл дверь с кодовым замком, выглянул в центральный коридор, и, как по команде, все остальные двери в кабинетах открылись, словно ждали его, вся дневная смена вышла из своих комнат, а ночная смена вошла в центральный коридор. Произошёл маленькая пересменок – традиционно при рукопожатии передавали новые коды от дверей кабинетов, за пять лет это происходило уже на автоматизме. Жак взял слово:
– На сегодняшний момент необходимо провести самый тщательный спектральный анализ струи джета, поскольку Земля приближается к ней, а мы пока не знаем, с чем имеем дело и как, в случае опасности, защищаться от неё. Земля пересечёт её, примерно, через семь-десять дней, поэтому докладывать Президенту ещё рано – материал сырой, а он любит факты. На это дело у нас есть не более суток, каждый сотрудник делает свой спектральный анализ, далее складываем результаты всех анализов и получаем усреднённое значение с минимальной погрешностью. Вот такой план на сегодняшний момент, а там видно будет. Всем всё понятно? Тогда за работу, – озвучил он план работы.
Ночная смена проследовала в кабинеты, а дневная смена – к выходу, где уже поджидал Майкл у винтокрылой машины. Удобно устроившись в вертолёте, взмыли ввысь и, примерно, через двадцать минут полёта были у NASA. Далее все последовали кто куда, а Жак и Майкл – к машине, привычно включив «маячок», направились домой, где их поджидали Саманта и Ник.
Сразу после входа в дом, умыв руки, прошли в кухню.
– Добрый вечер, дороги мои голубки! Что у вас нового на этот раз? – спросил отец учтиво.
– Папа, есть будешь или как? – вежливо предложила Саманта, хотя прекрасно знала ответ отца.
– Нет, милая моя Саманта, я на работе хорошо перекусил, если только кофе выпить.
– Кофе на сегодня отменяется, – уверенно сказала та. – Мы с Ником к бабушке ходили, тебе большой привет от неё, она волнуется о твоём здоровье, поэтому дала нам травяной сбор для твоей нервной системы и для мозговой активности. Я заварила чай по её совету, вот, пожалуйста, выпей, – и она протянула отцу бокал с чаем.
Аромат от такого сбора трав наполнил всю кухню свежестью леса с луговыми травами, это напомнило Жаку детство, ту беззаботную пору, когда всё виделось в розовом свете, было таким малозначительным и исполнимым. Он принял бокал, вдыхая аромат трав, сделал глоток, и на несколько секунд забылся, потом, как бы всплывая из своего детства, спросил: