– Да ты что, Саманта, какие у меня деньги? – недоумевающе спросил Ник.
– Да не твои, успокойся, а папиного напарника по работе, которого он «сдвоил».
– Как это «сдвоил»? Двойника, что ли, сделал?
– Нет, не двойника, а другого агента, перевербовал на свою сторону. Раньше он работал на Пентагон и следил за мной, а теперь у него стало два хозяина – Пентагон и я, теперь он старому хозяину передаёт ложную информацию, которую даю ему я. Теперь понятно?
– Вот теперь всё понятно, Жак. Только одного понять не могу: зачем за тобой следить? Ты же ведь не вор и не террорист какой-то.
– Видишь ли, Ник, на моей работе есть такие вещи, которые пока не подлежат огласке, как ты сам, так и Саманта. Вы оба, косвенно, причастны к моей работе, к моим наблюдениям.
– Вот теперь я всё понимаю.
– Маленький тугодум, – вставила Саманта, как бы подводя итог беседе. – Папа, ты сегодня работать не будешь, с тебя достаточно того, что ты сделал на основной работе, будешь спать крепко и спокойно…
– А как же…
– За тебя другие сделают спектральный анализ струи джета, ты просто сложишь все данные и получишь усреднённое значение с минимальной погрешностью.
– Дочь стала командовать отцом? Это что-то новое в воспитании.
– А что поделать, папа, если ты сам не контролируешь себя? Иди спать спокойно и крепко. Мама тебя заждалась, – она отправила отца в спальную.
Жак пошёл к Линде, как послушный солдат на войне. То ли на него подействовал чай из трав, то ли энергия Саманты, сказать было трудно. Он вошёл в спальню, прикрыл дверь за собой и стал медленно раздеваться. Жена не поверила своим глазам: было чуть больше десяти пополудни, а муж уже пришёл спать, обычно он приходил за полночь или к утру из-за своей работы, которую он любил больше всего на свете, а тут…
– Что случилось, Жак? Ты так рано пришёл… – тихо спросила жена.
– Да стыдно сказать, дочь стала командовать отцом, а я не могу противостоять ей, какая-то сила подавляет меня полностью. Ей государствами управлять, тогда бы не было войн на земле. Да уж, постарались наши родители, заложили в неё такую энергию, которой свет не видел со времён Иисуса Христа.
– То есть ты хочешь сказать…
– Вроде того я и хочу сказать, – перебил муж жену.
– Такого просто не может быть!
– Потому что не может быть никогда. Ты такое уже говорила пять лет назад. Да вот случилось, и ты сама была свидетельницей тому, когда луч осиял Саманту, как юбка-карандаш. Неужели забыла свои слова после увиденного явления?
– Как можно такое забыть? Я тогда была сама не своя.
– Давай лучше спать, а не философствовать, всё равно ответов не будет на наши «почему», – предложил Жак Линде и накрылся одеялом. Он быстро заснул, ему снилось детство.
Двенадцатилетним мальчиком он бегает по лесной поляне, полной разных трав, от запаха которых кружится голова, на душе легко и беспечно, кажется, что никогда не возникнет никаких проблем, в жизни будет всё гладко и всё легко решаемо. По нежно-голубому небу плывут белоснежные облака причудливых форм, сами не зная куда, гонимые лёгким ветром. Устав немного от бега, Жак падает спиной на траву, смотрит вверх, в небо и на облака, фантазия рисует самые необычные фигуры облаков: вот белый конь скачет, и бегемот медленно идёт, а за ним собака на кого-то гавкает, впереди крепость появилась с красивыми башнями и с флагами на них, герольды трубят в трубы, извещая о чём-то важном.
Тут он почувствовал толчок в спину, и земля начала колебаться, как при землетрясении со средней магнитудой, примерно, в четыре с половиной балла. Он начал катиться по земле подальше от непонятных толчков, если встать и бежать, то не устоишь на ногах, поэтому перекатываться хоть и медленнее, но надёжнее. Несколько откатившись, вскакивает на ноги и смотрит на то место, где раньше лежал беззаботно. Видит, как из земли вырастает кирпичная стена чёрного цвета, издали похожая на монолит, это был не гранит, а именно кирпичная кладка. Колебания земли закончились, можно уверенно стоять на ногах во весь рост. Он медленно подходит к непонятной стене, выросшей прямо на глазах из-под земли, трогает и внимательно осматривает её. На ощупь она тёплая, но похоже, что медленно остывает. Любопытство взяло верх – голыми руками он начинает раскапывать землю у основания стены.