Он смотрел, завороженный этим явлением, но больше всего его поразило то, как эти двое могли находиться в открытом космосе без средств защиты и жизнеобеспечения, попросту говоря, без скафандров, ведь там температурный перепад между днём и ночью составляет триста градусов. При всём этом как живые организмы могли обойтись без кислорода с азотом? Маленький Жак просто стоял и смотрел на происходящее, как на приключенческий фильм с продолжением. Так прошло, примерно, три дня, а он стоял и смотрел, затем это пятно стало блекнуть, пока вовсе не исчезло. Тогда девушка и мальчик спустились на землю, как ни в чём не бывало – оба живые и здоровые. Тогда девушка подошла к маленькому Жаку и сказала:
– Ну вот, папа, я и Ник защитили Землю от губительного рентгеновского излучения – твоего джета. А ты сомневался в нас? Напрасно.
– Саманта и Ник, это вы? Но как… вы смогли обойтись без скафандров в открытом космосе? Там и дышать-то нечем.
Жак проснулся весь в поту.
– Что на этот раз снилось? – спросила жена. – Как покойник лежал, не шевелясь, а сам весь в холодном поту.
– Мне опять снилось детство, опять мне было двенадцать лет, видел Саманту и Ника, но старше меня на пять лет, то есть как они сейчас, в таком же возрасте, но почему-то Саманта называла меня папой. Я же во сне был младше её, и вдруг «папа»…
– Сон есть сон, всякое может пригрезиться, не обращай внимания, – ответила Линда.
– Да, но сон является продолжением того эпизода, в котором Саманта сломала стену непонимания и преткновения Альберта Эйнштейна с его теорией относительности. Это всё, что я могу сказать на данный момент времени. Кстати говоря, который час?
– Начало девятого утра. Ты куда-то опаздываешь? – спросила Линда.
– Нет, никуда не опаздываю, – ответил муж. – К родителям надо съездить, давно у них не были. Однако пора вставать, совсем заспался.
Саманта рано встала, приготовила завтрак: была курица, запечённая в фольге со сметаной и чесноком, маринованные грибы, жареная картошка с репчатым луком, сок из манго, зелёный чай и, конечно, кофе робуста для любимого папы. Всё просто, но со вкусом. Майкл зашёл первым.
– А где домработница? Это же её обязанности.
– Зачем утруждать человека, когда я сама могу всё сделать? Просто лишняя трата средств, а шик ни к чему, – деловито ответила Саманта. – Так в жизни ничему не научишься.
– Но это не американская логика, – подметил Майкл.
– Да какая разница, чья это логика: американская, вьетнамская, африканская, русская? Главное то, что она отображает истину.
– По-моему, ты и так всё умеешь и знаешь.
– Но только физический труд полезен для мышц, он не даёт им атрофироваться. Разве не так, Майкл?
– Да, всё верно. С тобой никак нельзя спорить, как и с твоим отцом, – вы всегда правы, вашей логике можно только позавидовать.
– Доброе утро, друзья! – поздоровался Жак, заходя в кухню. – Кажется, речь касалась меня?
– Доброе утро, папа! Да вот Майкл утверждает, что логика у нас с тобой одинаковая.
– Нет, это не так! – уверенно сказал Жак. – Логика Саманты на несколько порядков выше моей. Ты вчера, Майкл, определил это сам, а сегодня говоришь обратное. Ты в порядке?
– Просто не выспался немного, – смущённо ответил Майкл.
– Я схожу за Ником, что-то он задерживается, – и Саманта быстро побежала в свою комнату, сказав на ходу: – Да вы кушайте из того, что приготовлено.
В кухню вошла Линда, зевая, видимо не выспалась, потянулась сладко и обняла мужа, спросила:
– А где наши дети? – она, как и Жак, настолько привыкла к Нику, что считала его своим сыном.