– Хорошо, сынок, я именно так и сделаю в самое ближайшее время, – сказал отец сыну. – Мы с тобой сегодня славно провели время и весьма плодотворно, – и он похлопал сына по плечу.
– И дом чистотой сверкает, хотя бы пол и посуда, – заметила Саманта.
– Да, ты настоящая хозяйка, – подтвердила бабушка и добавила: – Мне будет вас не хватать. С вами общения больше, а оно так необходимо пожилым людям.
– Не волнуйся, мы скоро приедем ещё, если ты не против нашего визита.
– А как я могу быть против, если целиком все «за»!
– Ну, вот и договорились, – заключила Саманта.
– А теперь на коня! – скомандовал Жак. – Майкл, пойдём.
– До свидания, дедушка и бабушка!
– До свидания, внученька! До свиданья, Ник! – сказали дедушка и бабушка.
– Ждите нас, мы скоро приедем, – сказал Ник, направляясь в машину.
Машина тронулась, а дедушка и бабушка стояли на крыльце дома и махали руками вслед удаляющейся машине. Долго они ждали гостей, а гости промелькнули, как молния в летний дождь, оставив на небе радугу надежды на скорую встречу. Именно такими надеждами живёт старый человек, а особенно родители занятых детей и внуков. А что ещё надо пожилому человеку? Одну надежду и больше ничего. У дедушки появилась новая работа – анализ переработанных теорий, новый фундаментальный труд, который в корне меняет взгляды на весь мир. И у бабушки появилась работа – варить новое вкусное варенье из ягод своего сада, выпекать вкуснейшее печенья и сохранять его в холодильнике для будущих гостей. Когда они ещё приедут? Один Бог знает.
Жак вёл машину на пониженной скорости, ему, как и голубкам его, не хотелось уезжать от родителей, но работа была превыше всего, он был на Госслужбе у самого Президента, пусть не прямо, а косвенно, но это накладывало отпечаток на его поведение. По сути дела, он не принадлежал сам себе, как и все остальные коллеги по его работе. Вчера он нарушил свой график: вместо двенадцати часов «отработал», теперь ему придётся отрабатывать двойную смену, чтобы потом снова всё вернулось на свои места. Жак пошёл на это специально, чтобы немного отдать дань родителям, хоть малую лепту, не говоря уже о таланте – это просто еврейские понятия.
«И всё-таки славные родители у Жака, такие внимательные, отзывчивые, добрые, снисходительные. Жаль, конечно, что они стали инструментами нечеловеческого опыта над эмбрионами, могли использовать животных, а не человека, – думал Ник, сидя молча в машине. – Но что они могли поделать под стволами автоматов и за колючей проволокой? Ровным счётом ничего, как марионетки, которых за ниточки дёргали. Хорошо, что я на них не держу зла вообще, даже в потаённых глубинах памяти ничего нет. Саманта правильно подметила: нужно их чаще навещать и помогать, по возможности, а возможность у меня есть с лихвой, дорогу теперь я знаю, пешком можно дойти, тут недалеко, рукой подать…» Его мысли прервал Жак:
– Что приуныли, голубки мои?
– О будущей свадьбе думаем, – выпалила Саманта с присущей уверенностью.
– Нет уж, сначала создайте мне систему спутников с двадцатью радиотелескопами, и не хуже, чем Уэбба, как и обещали.
– А гонорар будет? – всё так же уверенно спросила дочь.
– Вы только посмотрите на неё, деловая какая, ничего своего не упустит, – заметила мать.
– А гонорар – свадьба. Вы согласны? – спросил отец.
– Ник, а ты согласен? – спросила будущая хозяйка.
– Схемы создадим и конструкцию создадим, но собирать один я не буду, там конвейер нужен с тысячами рабочих-инженеров, – ответил тот.
– Ник, а ты лох! – заметила Саманта с неприсущей ей язвительностью. – Всё будет собираться, и компоноваться на производственной технической базе NASA. Нужны только документация и схемы. Теперь ты понял?
– Вот теперь всё понятно, – сказал Ник, немного краснея.
– Ну как, разобрались с этим вопросом? – спросил Жак.
– Не волнуйся, папа, разобрались раньше срока, – деловито ответила Саманта и добавила: – И так всегда будет.
– Молодцы! А мы приехали, все выходим, нам на работу пора ехать на полторы суток.
Дочь поцеловала отца, а Ник пожал плечо Жака, как настоящий мужчина. Линда сразу направилась в дом. Муж понял, что жена чем-то недовольна, но не придал этому значения и поехал с Майклом по старому маршруту. Дорога была ровная, поэтому можно было прибавить скорость до максимально допустимого значения, но на всякий случай Жак включил «маячок», чтобы фараоны не придрались, ведь всякая смена бывает.