– А как… – хотел сказать Жак, но пошли частые гудки.
– Жак Никольсоб, вы молчали всё это время, и на том конце линии была тишина. Вы знаете, кто звонил? – испытывающим голосом спросил секретарь.
– Да откуда мне знать, ведь тишина была гробовая, – уверенно ответил Жак.
– Но вам что-то передали? У вас голос изменился, – настаивал секретарь.
– Лейтенант, вы не верите слову офицера? – строго спросил Жак.
– Никак нет! – робея, ответил секретарь.
– Тогда всё! – и он бросил трубку.
«А как ей удалось дозвониться до меня по спецсвязи? – недоумевающе подумал отец. – Ну, Саманта, с тобой не соскучишься, ты найдёшь выход всегда и из любого положения, даже когда кажется, что выхода просто нет! Ты успокоила меня в самый критический момент, и тебе это снова удалось, как и всегда. Можно подумать, что ты всегда и везде следишь за каждым моим движением, за каждой моей мыслью и даже сном. Сколько лет живу с тобой и с каждым годом не перестаю удивляться твоим способностями, которые безграничны. Спасибо, милая Саманта, за то, что ты у меня есть! Это не моя заслуга, но моих родителей», – с этими мыслями Жак снова принялся за работу.
Он внимательно просмотрел запись на диске, вдруг что-то пропустил во время приступа под синдромом «Армагеддон». Внимательно осмотрел мельчайшие детали в каждом кадре, ничто не ускользнуло от его пристального взгляда, ни один пиксель. Лишь одна точка за струёй джета привлекла внимание. Жак выключил воспроизведение и принялся направлять радиотелескопы на ту точку, минуя струю. Ему пришлось увеличить разрешение до максимального значения, и он увидел что-то вроде галактики, но без «рукавов». Крупные звёзды с неровными поверхностями заполняли сферическое пространство этой «галактики», а между ними было нечто, похожее на плазму.
«Нет, это не галактика, – подумал Жак, всматриваясь в картинку. – Тогда что это может быть? Звёзды очень крупные для такой малой галактики и косматые, неровной формы, не очень похожие на звёзды. И откуда плазма взялась? В галактиках такой ровной плазмы не имеется… Нужно собрать сотрудников и выяснить, что это может быть?»
Он продолжал вести запись и одновременно по громкой связи сказал:
– Внимание всем! Всем собраться у меня на внеочередное совещание, дверь открыта. Повторяю: всем сотрудникам по наблюдению за Дальним Космосом собраться у меня на внеочередное собрание.
Не прошло и минуты, как его коллеги, бросив свои дела, входили в кабинет с единственным вопросом:
– Что случилось, Жак?
Он подождал некоторое время, пока все соберутся, затем произнёс:
– Внимание на центральный монитор. Что вы видите на нём? Кто может определить?
– Это что, психотест или как? – пошутил кто-то тихо.
– Сначала давайте определим, что это может быть, а потом решим «или как»? – строго ответил Жак.
– Можно медленно уменьшить увеличение? – попросил Ник.
Хозяин кабинета выполнил просьбу Ника, стал медленно уменьшать увеличение, пока «галактика» не стала меньше Солнца, превращаясь как бы в звезду, только намного тусклее. Ник долго думал, а потом выпалил:
– Поздравляю, Жак, ты только что открыл протозвезду, то есть звезду, которая ещё не родилась, не сформировалась! Это её вторая стадия формирования. Везёт же тебе на новые открытия. Как тебе это удаётся, просто не представляю! Другие годами сидят и не могут открыть ничего нового и путного, а ты за пять лет открыл так много, что не на одно поколение хватит. Я тебе нисколько не завидую, просто радуюсь за тебя от чистого сердца! Поверь мне.
И тут все коллеги стали стоя аплодировать, получился некий фурор. Так прошло много времени, но аплодисменты не умолкали. Жаку стало немного не по себе от такого внимания. Он махнул рукой и громко сказал:
– Да ладно вам, братцы мои, я не заслуживаю того, что вы мне предписываете. Мы все равны, если бы другой сидел на моём месте, то сделал бы то же самое, просто у нас разные положения. Так уж распорядилась судьба или Бог. Вот вам «или как».
Раздался громкий смех, и овации снова продолжились, но ещё громче и продолжительнее. Жак успел остановить запись, как его взяли на руки и стали качать, словно именинника или виновника торжества. При всей своей строгости к коллегам он никак не ожидал такого внимания и почёта с их стороны. Когда все успокоились и виновник торжества пришёл в себя, то спросил у Ника: