– Что тут можно сказать? – ответил Жак вопросом на вопрос. – Вы сами всё прекрасно понимаете, все последствия этого соприкосновения, а комментарии излишни, на мой взгляд. Как можно противостоять такой масштабной космической стихии? Готовых решений у нас нет, и не предвидится, остальные решения спросите у Бога.
Он сделал короткую паузу и продолжал:
– Как вы видите, до соприкосновения остался один день, семнадцать часов и тридцать пять минут, не считая секунды. Сегодня вечером я буду разговаривать с Президентом о плане временного сворачивания работ на орбите, а также о временной остановке всего воздушного транспорта и чартерных линий, и тому подобное. Также буду напоминать Совету безопасности по всей Земле при ООН, о принятии необходимых мер оповещения населения Земли об инструкции поведения в экстремальных условиях. Других вариантов просто нет. На этом пока всё, а пока работаем, работаем… – Жак невольно повторил слова Серго Органайте.
– Ты всегда оригинален в своём окончании совещания, – сказал кто-то из-за стола.
– Маленькая собачка от большой слышит, – невольно вырвалось у него.
– Жак, ну зачем же ты так? Я вовсе не собака, – обиженно подметил Серго Органайте.
– Простите великодушно, я вовсе не хотел вас обидеть, это просто русская поговорка такая есть, вот и вырвалось случайно.
– По твоей лексике можно сделать заключение, что ты явно из русских. Как же ты можешь быть американским офицером? – не унимался Серго Органайте.
– Я просто много читал в своё время, вот и засело в тыкве, не проходя через сито. Кстати говоря, Органайте – эстонская фамилия. Ваши корни случайно не из Эстонии или Прибалтики? – настойчиво спросил Жак.
– Поехали… – кто-то вставил реплику.
– Да, именно так, из Прибалтики мои корни, во время миграции мои предки переехали в Америку. И что из того? – уже недовольно спросил Серго Органайте.
– Нет, уже приехали, – вставил Жак в ответ на реплику и добавил: – А у меня так получается: в Африке я африканец, в России – русский, в Америке – американец. Ну и так далее, ибо гражданство никакой роли не играет, главное, оставаться самим собой и быть хорошим человеком. Покончили и с этим, а теперь расходимся и работаем.
Было сказано таким тоном, который обсуждению не подлежит. Ничего не оставалось делать, как расходиться по кабинетам, а отработавшей смене идти к винтокрылой машине и лететь по домам. Наконец, Жак остался один. «Что мне делать: звонить Президенту и в ООН или нет? Время поджимает, а мой сон говорит об обратном действии. Кому верить: логике или сну? По Библии верили снам, а не логике, но также написано:
Где нет здравого совета, народ падает;
А во множестве советников – безопасность. (Книга Притчей Соломоновых 11:14).
Или вот ещё:
Где нет совета, замыслы расстраиваются;
А при множестве советников они утверждаются. (Книга Притчей Соломоновых 15:22).
Или вот ещё последний стих на эту тему:
Ибо здравым советом ты можешь вести твою войну,
И во множестве советников – победа (или спасение). (Книга Притчей Соломоновых 24:6).
Надо же, надо же такому случиться, три стиха отыскал в своей памяти из Библии. Откуда у меня такие способности по богословию? Вроде бы Библию особо не читал и не зубрил, а в памяти всё отложилось, как в программе заложено, никак не меньше. А кто мои советники в данном вопросе и где они, кроме Господа Бога?»
Долго бы Жак так стоял и думал над вопросами без ответа, если бы не раздался звонок секретаря. Он мысленно сказал «Спасибо!» звонку, который отвлёк его от назойливых мыслей, снял трубку и вежливо сказал:
– Говорите, вас внимательно слушают.
– Господин Жак Никольсоб, вам звонят по межгороду, номер не определяется, как и тогда. Соединить?
– Да, лейтенант, соединяйте, – твёрдо сказал Жак.
– Есть! Соединяю…
В трубке, как обычно, пикнуло, и раздался знакомый голос:
– Здравствуй, папа! Молчи и слушай меня внимательно. Мой голос слышишь только ты, а твой голос будет слышен секретарю, поэтому молчи, как рыба в воде, ни единого звука не произноси. Я уже два раза показала во сне наши действия с Ником, как всё будет происходить. Неужели ты всё ещё сомневаешься, неверный Фома по прозвищу Близнец? И не нужно создавать никакой паники: ни Президенту, ни в ООН. Ты понял меня, папа? А теперь пока и до встречи сегодня вечером дома…