– Нет, я, пожалуй, лягу. Спасибо за чудесный ужин.
– Меня не благодари, Богу воздай благодарение, – напутственно ответила Саманта и стала мыть посуду.
– Давай я помогу тебе, – предложил Ник.
– С большим удовольствием приму твою помощь, – ответила та.
Жак спал сном младенца, никакое сновидение не тревожило его пытливый ум, он забыл обо всём на свете, словно кто-то стёр его память, а подсознание всплывало на поверхность, готовое преподнести новые сюрпризы, но не резко, а постепенно. Тело его не шевелилось, как при метаморфозе бабочки в коконе, ещё чуть-чуть – и кокон начал раскрываться, появлялись нежные крылья, которые потом становились упругими, готовыми вынести больше нагрузки.
Он проснулся рано, Линда ещё спала, Жак нежно поцеловал жену, протянул руки вверх, почувствовал необычайную лёгкость во всем теле, словно он находился в невесомости, даже приподнялся над кроватью на несколько сантиметров, сам удивился этому явлению. Опустив руки, снова сел на кровать, посмотрел на себя в зеркало, ничего особенного не обнаружил, протянул руки к зеркалу и стал приближаться к нему, не прикасаясь к полу. Решил выпрямиться, встал на ноги, почти не прикоснулся к полу – он мог парить в воздухе. Это чувство было ему знакомо и неожиданно одновременно. Знакомо потому, что он однажды уже испытал подобное чувство, а неожиданно потому, что никак не мог вспомнить, где он так парил.
Вдруг перед глазами возникла картинка, напоминающая уголок Эдема из Библии, где было очень хорошо, никакая фантазия не смогла бы передать эту картинку. Были видны фонтаны рая, как в одноимённом романе Артура Кларка, также можно было различить башенки какого-то строения, текла лазурная река, похожая на горный кристалл, по берегам которой гуляли невиданные птицы необычной красоты и небольшого размера. Свет был ярким, но мягким, он не слепил глаза, всё освещалось равномерно, не создавая теней, воздух был необычайно прозрачен и чист, росла невысокая трава нежно-изумрудного цвета по берегам той реки, а сверху с башенок спускались тонкие ветви, напоминающие земной плющ.
– Жак, ты уже встал? Что так рано? – неожиданно спросила Линда сонным голосом, и картинка исчезла. – Доброе утро, дорогой!
Тот невольно вздрогнул от необычного голоса, который ему показался грубоватым, он сожалел, что картинка исчезла, а Жаку так хотелось рассмотреть все детали.
– Доброе утро, дорогая! – певучим голосом ответил муж. – Да вот Саманта так повлияла на меня, что усталости как не бывало, я чувствую необычную лёгкость во всём теле.
– А что с твоим голосом стало? Он у тебя певучий и необычайно нежный.
– Как так? – удивлённо спросил Жак. – А где мой смартфон? Я хочу прослушать на диктофоне.
– На тумбочке лежит, – ответила жена.
Жак хотел подойти к указанному месту, а сам мягко подплыл, не касаясь пола. Линда заметила его перемещение, удивилась и встала с постели, протёрла глаза, словно приведение увидела, а затем спросила:
– И давно это у тебя так?
– А что ты имеешь в виду? – спросил муж.
– Ты и летать умеешь?
– Как так? Ах да, извини, дорогая, я не хотел тебя пугать, просто само собой получилось. Сегодня утром проснулся, почувствовал лёгкость, как в невесомости, потянулся и приподнялся над постелью, а потом и полетел.
– И что теперь будет? – насторожилась Линда.
– Сам толком ничего не знаю, – сознался Жак и добавил: – Смотри у меня, никому не разглашай, дай мне разобраться самому.
– Хорошо, молчу, Жак, – закончила разговор жена.
Жак достал смартфон, включил диктофон, пропел куплет песни, которая записана на биометрии, прослушал его и схватился за голову: «Что теперь будет? Меня же на работу не пропустят, автоматика не сработает! И как голос менять? Понятия не имею! Вот это называется новая фаза развития, как выразилась Саманта вчера вечером за ужином. Нет, я лучше вначале приму душ, а там посмотрим, что будет происходить дальше», – и он направился в ванную комнату.