Тут подошла старушка-мать, также обняла приёмного сына и сказала:
– Наша тайна сорокалетней давности раскрыта благодаря твоей родной доченьке, внучке Императора династии Климатон, пусть она продлит его род, только без греха, который совершил её дед. А я прощаю тебя за всё, тобой перечисленное, и зла на тебя никакого не имею, трудись во благо всей Земли, чтобы не было никакого катаклизма из космоса, как ближнего, так и Дальнего. Прими моё благословление на долгие годы жизни твоей.
Линда была крайне удивлена тому, что всю совместную жизнь прожила с инопланетянином, ведь он никогда не выдавал себя, она только дивилась его способностям как человека, и не более того, а тут получается сын самого Императора да ещё династии Климатон. Хотя это имя ей ни о чём не говорило, но было страшновато от такого поворота событий, да ещё накидка какая-то появилась, неизвестно из какой материи. Бр-р, жутковато.
Жак подозвал Саманту к себе жестом руки и сказал:
– Милая дочь моя, ты сегодня сделала мне очень много подарков, но самый ценный подарок в том, что ты открыла тайну моего рождения и происхождения, поэтому право носить эту накидку принадлежит тебе и твоему потомству. Я эту накидку вряд ли надену. Да и куда я в ней пойду? Поэтому прими её в знак благодарности и чести, носи её там и тогда, где и когда ты сочтёшь нужным, на доброе здоровье.
– Передача власти состоялось, – подметил Ник.
– Ник, и ты подойди ко мне, – уже тоном властелина сказал Жак.
– Началось, поехали, – вставила Линда.
Ник подошёл, уже как подвластный.
– Я твёрдо уверен, что вы с Самантой любите друг друга, – продолжал Жак.
– Именно так, – не смущаясь, подтвердил Ник.
– А раз так, то я объявляю вас мужем и женой. Благословляю вас на совместную жизнь, дабы не было блуда между вами раньше срока! – тоном, не терпящим возражений, произнёс Шаматон.
– Ой, мама милая, что сейчас будет? – испуганно произнесла Линда.
– И это единственно правильное и верное решение, – вмешалась старушка-мать. – Я давно была «за».
– А я давно всё просчитал, вот только не знал точного времени, – ввернул дедушка.
– Можете поцеловать друг друга, – закончил Шаматон эту церемонию.
Саманта просто светилась от счастья, а Ник покраснел. Они мечтали об этом, но никак не ожидали, что это произойдёт именно в такой день, как сегодня. Да, это был день, наполненный событиями – День рождения отца, откровение Саманты, передача власти по наследству, подарки отцу и, наконец, свершилась их давняя мечта. Они приблизились друг к другу, робея, дрожь прошла по их телам, не смели смотреть друг другу в глаза, боялись вспугнуть робкую птицу счастья, взялись за руки – в руке рука, приблизились ещё чуть-чуть, и их уста слились воедино в долгом поцелуе. Первые аплодисменты послышались от Шаматона, затем присоединился Майкл, потом старушка-мать с дедушкой и, наконец, Линда. Она поняла, что от этого момента никуда не уйти, решила согласиться со всеми и не быть «белой вороной».
Так продолжалось некоторое время, затем аплодисменты перешли в овации, всё громче и громче хлопал в ладоши Шаматон, ему подражали и все остальные, затем он пропел гимн на непонятном языке, видимо, это был родной язык планеты Виклон. Прошло ещё пять минут, но Саманта и Ник оставались в таком же положении, слитыми воедино. Наблюдавшие, не зная того, что наши герои могли обходиться без воздуха несколько суток, начали волноваться, как бы они не задохнулись. Шаматон остановил овации, настала тишина, только после этого Саманта и Ник отпустили друг друга.
– Что с вами случилось, ребята? – хором спросили дедушка и бабушка. – Вы случайно не задохнулись?
– А мы совсем не устали, – весело ответили Саманта и Ник.
– Боже мой, сколько это может продолжаться? – спросил Майкл.
– До бесконечности, как и сама жизнь, – ответил Ник.
– Вот это да! Вот это я понимаю – молодость, – воодушевлённо воскликнул Майкл.
– Но это аномалия получается какая-то, – вставила Линда.
– Вся аномалия заключается в том, что мы живём, – констатировала Саманта. – Разве вы не помните чудо с Ником? Вот это тоже аномалия.
– Тогда прошу к столу, – сказала бабушка. – Хотели один праздник отметить, а получилось два. Если б я знала, то приготовила бы чуть по-другому.