— Почему вы так обратились ко мне? Я н-не... Не Оракул, — взяв себя в руки, закончила предложение. У меня в голове не сходилось буквально ничего! Но источник информации – это хорошо.
— Похоже, вам и правда неизвестно, кто вы и какой силой обладаете, — Логмэр снова сел напротив, но на этот раз внимательно следил за лежащей мной. Думает, я с дивана свалюсь? — История Оракулов берёт своё начало вместе с основанием Империи Хасе. Бог людей — Вильгельм одарил своим благословением целую расу, увеличив их срок жизни, и отдельно одного человека, который должен был помочь Империи в её процветании. Так продолжалось на протяжении пятиста лет, но тот человек умер, и раса людей пришла в отчаяние. Они не знали, что им делать, а Император потихоньку терял своё влияние, пока не оказалось, что благословение передалось другому. Это лишь часть истории, но я бы рекомендовал ознакомиться с полной версией, — Логмэр задумался, но ненадолго. — Дар Вильгельма был прекрасен и ужасен одновременно. Возможность видеть прошлое и будущее... Людей, владеющих этой силой, прозвали Оракулами. Они несли в себе частичку божьей сущности и должны были направлять Императора на истинный путь. А Император, в свою очередь, направлял народ. Так продолжается уже несколько тысячелетий.
— И что? В Империи всегда всё замечательно? Ведь Оракулы могут видеть плохое будущее и изменить его? — верится с трудом. Не может такого быть. Звучит слишком сюрреалистично.
— Отнюдь. Оракулы не всесильны. Да, они могут предупредить о надвигающейся опасности, но изменить... Судьба безжалостна. Тот, кто должен умереть, — умрёт. Тот, кто должен стать героем, — станет героем.
— Тогда зачем они вообще нужны? Ну скажут, что вон, войско каких-нибудь эльфов готовится напасть, и? — я не догоняю. Правда.
— Оракул видит пути. Несколько сотен вариантов развития событий, — мужчина продолжал вдохновенно рассказывать, а я путалась все больше и больше. — Я не знаю философию Оракулов, но каждый из них был не похож на другого. Вы думаете, все мечтали о мире? Множество Оракулов считали, что расе людей лучше перестать существовать. Кто-то грезил о власти. Кому-то была важна справедливость. Кто-то не желал исполнять обязанности Оракула вовсе. Но все они были выбраны Вильгельмом. И каждый из них внёс свой вклад в Империю Хасе, — Логмэр уставился на меня, ожидая. Хм, всё ещё слишком мало информации. Надо спросить что-нибудь...
— Вы уверены, что я была выбрана Вильгельмом?
— Сомневался. Но ваши слова убедили меня. Оракул должен коснуться кожи человека, чьё будущее или прошлое он хочет увидеть. Пока вы неопытны, вы делаете это неосознанно. Со временем научитесь контролю, — Андарон не ошибся? Все мои трансы – сила Оракула? Почему я? Потому что я нужна этому миру? Глупости! Я уставилась на Логмэра, который даже не дрогнул под моим взглядом. А тогда... Ни Тиралл, ни Андарон, ни Логмэр никогда не дотрагивались до моей кожи. И не давали этого сделать мне. Та же Дарин, которая занималась моим переодеванием и волосами, всегда избегала близкого контакта... Твою же мать...
— Фаон сказала мне, что как только Оракул умирает, то его дар передается другому человеку, который родится в тот момент...
— Подходящему человеку, — не смей перебивать меня, пока я пытаюсь разобраться в вашем поехавшем мире!
— Не суть. Это лишь предлог, чтобы задать вопрос. Если верить твоим словам, то дар Вильгельма был со мной с младенчества. Как же вы тут жили, если меня не было в этом мире девятнадцать лет? Справлялись же как-то?
— Вы забываете, госпожа Оракул, что в нашем мире другое течение времени, — внезапно Логмэр поднял на меня взгляд, полный холода и боли. — Со дня смерти предыдущего Оракула прошло сто тридцать три года.
Я поперхнулась воздухом. Сколько?! Я ведь думала, что у них это вроде местной байки. Долгожители, все дела. Что-то вроде сказки на ночь. Т-тогда... О боже, я что, настолько старая?! Нет, погодите! Тут есть проблема покрупнее! Если Оракулы должны направлять Императора, да и в целом занимают высокое положение, благословленные местным Богом... Как они тут выжили вообще?! Я же была... В другом мире, точно. Видимо шок отразился на моем лице достаточно чётко, чтобы Логмэр продолжил говорить.