Лассзак с тоской подумал о прекрасной Мирзе. Он должен был добиться своего, чего бы это ни стоило. Поправив капюшон, он перешел улицу. Оставалось пройти совсем немного. Он знал в этом районе каждый дом, близость цели его сильно будоражила. Неожиданно, за его спиной крикнули:
- Стоять! Хвост к земле! - Ящер обернулся и увидел стража. На его лице не хватало многих чешуек, а поперек щеки проходил розовый шрам. Куртка стража имела красную оторочку, а значит, перед жрецом был ветеран. Копье угрожающе смотрело в его сторону.
- Именем управителя, ты арестован за нарушение Правильного и здорового распорядка дня, - страж надвигался на Лассзака.
- Я просто слишком глубоко задумался о роли Бесхвостого в жизни каждого из нас, поэтому не заметил как зашло большое солнце. Я ни в коей мере не хотел нарушить Правильный распорядок. - Он попытался улыбнуться.
- Конечно. Только это уже решать не мне. Пошли со мной.
- Это просто недоразумение. Я узнал это место, тут от моего дома совсем недалеко. Обещаю вам, страж, это больше не повторится.
- Я сказал, ты пойдешь со мной. Или ты хочешь совершить Акт Неповиновения законному требованию?!
Положение становилось критическим. Лассзак инстинктивно хотел подчиниться стражу, но он не мог. Сейчас он собирался совершить просто невообразимую по дерзости вещь для ящера. Он шагнул к стражу.
Тот опустил копье и жестом показал, что нарушитель должен следовать за ним. Лассзак неожиданно развернулся и ударом хвоста выбил копье из рук стража. На ларг тот замешкался, никогда еще ему не доводилось сталкиваться с такой кощунственной наглостью. В это время жрец бросился на него и повалил на землю. Страж пришел в себя, когда Лассзак пытался скрутить ему руки. Он пнул наглеца в живот и откатился в сторону. Изобразив Оскал ожесточения и потряхивая хвостом, он кинулся на преступника. Лассзак в последнее мгновение увидел летящий в его лицо кулак и пригнулся. Толкнув плечом стража, он попытался ударить того ногой, но промахнулся и получил тяжелый удар по голове. Мир пошатнулся. Страж еще несколько раз попал по жрецу, затем свалил его с ног. Он накинулся на Лассзака сверху. Изворачиваясь и пытаясь освободиться, Лассзак смог попасть локтем по зубам ветерана и тот ослабил хватку. Помогая себе хвостом, жрец смог оттолкнуть противника и ударить его коленом. Что-то хрустнуло и страж сразу обмяк, перестав бороться. Лассзак тяжело дыша, подполз к нему и проверил жив ли тот. Похоже, старый ящер потерял сознание.
Немного придя в себя, Лассзак оттащил стража в подворотню. Если повезет, его никто не найдет до самого утра. Ночной холод не позволит тому очнуться и позвать на помощь. Но нужно торопиться.
Через половину куинга Лассзак оказался перед входом в храм. Это было величественное строение, четыре башни которого символизировали главные добродетели, а внутри центральной башни находилась святая святых - лодка Бесхвостого. Между ними были натянуты веревки с разноцветными ленточками, а вся главная башня была украшена изображениями сцен из Его жизни. Весь комплекс окружала стена в два роста, на которой была самая изысканная роспись, какую только мог вообразить Лассзак. Это был дом умиротворения и благости.
Ворота были заперты, но как член Культа, жрец имел ключ. Он вошел во внутренний двор и проскользнув мимо нескольких младших служителей, которые следили за порядком, направился к главной башне. Двери, как и ожидалось, были заперты, но Лассзак обошел строение и через вентиляционное окошко пролез внутрь. В помещении было не так холодно. Вдоль стен висели масляные лампы, на стенах от самого пола до потолка золотистым цветом написаны Его высказывания. Волна благоговения и страха прокатилась по телу жреца. Он стал отступником и грешником. Что, если оракул вообще откажет ему в милости ответа? Страх поднимался и накатывал все с большей силой. Лассаз уже не был уверен в своем плане. Но отступать нельзя. Он уже не сможет вернуться к прежней жизни, даже если бы этого захотел. Поэтому собрав остатки воли, он пошел к лодке Бесхвостого. Никогда прежде жрецу не позволялось бывать здесь. Прямо перед ним посреди храма возвышалась лодка во всем своем величии. Созданная из неизвестного материала, она выглядела гладкой, и, Лассзак чувствовал это, была холодной. Белая, обтекаемая, она была изящна и совершенна. Лассзак подошел ко входу. Жрецы установили небольшую лестницу, по краям которой складывали дары и цветы. На каждой ступеньке горело восемь свечей, которые источали одурманивающий запах фирта. Лассзак неожиданно почувствовал, как по его телу разливается тепло. Наслаждаясь каждым ларгом пребывания здесь, он ощущал, как соприкасается с чем-то настолько величественным, что все тревоги этой ночи развеялись как дурной сон. Если Бесхвостый создал столь красивую вещь и не покидает их, несмотря на молчание, он в милости своей не откажет несчастному жрецу левой руки. Лассзак вошел внутрь.