— Удивительно, — наконец произнес он. — Большинство моих знакомых сразу предлагают насилие. Запугать конкурентов, поджечь склад, избить управляющего. — Он покачал головой. — А вы предлагаете уничтожить человека, даже не прикоснувшись к нему.
— Экономическое удушение эффективнее физического, — заметил я. — И привлекает меньше внимания.
— Кляйн предоставит вам список предприятий Сальтиса и данные по его финансовым связям, — сказал Мэдден, постукивая пальцами по дубовому подлокотнику. — Я хочу видеть детальный план через неделю. И первые результаты через месяц.
— Разумеется, — кивнул я. — Для начала понадобится некоторый оборотный капитал. Скупка закладных, оплата городских инспекторов, финансирование Левинсона…
— Выделю сто тысяч долларов, — без колебаний ответил Мэдден. — Кляйн решит технические детали перевода. Но помните, — его голос стал жестче, — я ожидаю результата. Безумный Джо должен почувствовать удавку до конца лета.
— Сальтис даже не поймет, что его топят, пока не окажется на дне, — заверил я. — Принцип подобных операций в их постепенности. Как говорил один мой знакомый: «Лягушка в медленно нагревающейся воде не замечает, когда начинает вариться».
Мэдден налил еще виски:
— А теперь давайте поговорим об инвестиционном трасте. Кляйн передал вам мое предложение?
— Да, и я тщательно его изучил, — я сделал глоток из стакана. — В целом, идея создания многоуровневой структуры трастов весьма перспективна в нынешних рыночных условиях. Но есть нюансы, которые нужно учесть.
Я достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги с предварительной схемой и расправил его на столике между нами.
— Смотрите, суть в том, что мы создаем не один, а три взаимосвязанных инвестиционных траста. — Я нарисовал в воздухе пирамиду. — Первый уровень, как вы знаете, это «Atlantic Investment Trust», публичная компания, которая привлекает капитал обычных инвесторов. Мы регистрируем ее в Нью-Джерси, где законы о корпорациях наиболее благоприятны.
Я постучал пальцем по бумаге, где была изображена схема.
— Этот первый траст инвестирует в обычные акции, преимущественно голубые фишки, U. S. Steel, General Electric, ATT. Ничего подозрительного, полностью легальная и прозрачная деятельность. Выплачивает стабильные дивиденды, выпускает ежеквартальные отчеты, привлекает мелких инвесторов с помощью объявлений в газетах. Но ключевой момент здесь…
Я понизил голос, хотя мы были одни в комнате:
— Ключевой момент в том, что значительная часть акций этого первого траста будет приобретена нашим вторым трастом, «Metropolitan Securities», зарегистрированным в Делавэре.
Мэдден чуть наклонился вперед, внимательно изучая схему:
— Все верно. Второй траст покупает первый.
— Именно, — подтвердил я. — Но не только. «Metropolitan Securities» также инвестирует в другие ценные бумаги, но уже с большим рычагом. Используя более агрессивное кредитное плечо, скажем, семь к одному вместо обычных четырех, и концентрируясь на более спекулятивных акциях радиокомпаний, автопроизводителей и авиации.
— Radio Corporation of America? — уточнил Мэдден. — Слышал, их акции растут, как на дрожжах.
— Да, и дальше могут вырасти еще. Но важно понимать механику нашей структуры. — Я взял карандаш и начал делать дополнительные пометки на схеме. — Второй траст владеет акциями первого. Когда стоимость акций первого траста растет, это повышает активы второго траста, позволяя ему занимать еще больше денег для покупки еще большего количества акций первого траста, что в свою очередь еще больше поднимает стоимость первого траста.
Мэдден присвистнул:
— Да, я уже говорил об этом с Кляйном. Получается петля обратной связи. Но я не думал, что это может быть так изощренно.
— Совершенно верно, — я был впечатлен его пониманием. — А теперь добавим третий траст, «Hudson Bay Investments», зарегистрированный в Коннектикуте. Он приобретает крупный пакет акций второго траста и использует еще более агрессивное плечо, десять к одному.
Я начертил окончательную схему на бумаге:
— В результате мы получаем конструкцию, где каждый доллар фактического капитала может контролировать до ста долларов инвестиций. Когда рынок растет, эта структура дает колоссальный рычаг. Один процент роста базовых активов может давать до десяти процентов роста стоимости акций верхнего уровня.
Мэдден изучающе смотрел на схему, задумчиво поглаживая подбородок:
— А как это будет выглядеть на практике? Для публики?