В номере О’Мэлли тут же начал деловито собирать наши вещи.
— Как долго, по-вашему, мы в безопасности, босс? — его голос звучал обыденно, словно речь шла о прогнозе погоды.
— Несколько часов, не больше, — я подошел к окну и осторожно отодвинул штору. — Если Continental Trust действительно стоит за смертью Милнера, они скоро узнают о нашем расследовании. Если уже не знают.
— Или уже знают, — О’Мэлли кивнул на улицу. — Тот черный Бьюик напротив отеля. Стоит там с ночи. Двое мужчин внутри, один периодически выходит, осматривается.
Я взглянул в указанном направлении. Действительно, черный автомобиль с двумя неподвижными фигурами внутри. Слишком неприметный, чтобы быть случайным. Слишком неподвижный, чтобы быть безобидным.
— Пора уходить, — решительно сказал я, доставая чемодан. — И нам нужно в Бостон.
— Бостон далековат для однодневной поездки, — О’Мэлли приподнял бровь.
— Именно там начались мои поиски. Вернее, моего отца. Он обнаружил что-то важное о Continental Trust, что-то, за что его убили. Если есть доказательства, они должны быть в старом доме Стерлингов, — я быстро складывал документы в портфель. — Или на фабрике.
О’Мэлли молча продолжил укладывать вещи, но я видел, что он обдумывает ситуацию.
— А как же быть с офисом? — наконец спросил он. — Вас ждут в Нью-Йорке. Харрисон будет недоволен, если вы внезапно исчезнете.
— Я знаю, — я достал телефонную трубку. — И собираюсь его предупредить.
Междугородний звонок в конце 1920-х был целым процессом. Пришлось ждать, пока телефонистка соединит меня с оператором в Нью-Йорке, который затем соединит с офисом Харрисона. Каждая минута ожидания казалась вечностью.
— Брокерская фирма «Харрисон и Партнеры», — наконец раздался голос секретарши в трубке.
— Это Уильям Стерлинг. Мне нужно срочно поговорить с мистером Харрисоном.
Пауза. Шелест бумаг.
— Соединяю, мистер Стерлинг. Мистер Харрисон ждал вашего звонка.
После непродолжительного щелчка в трубке прозвучал резкий голос Харрисона:
— Стерлинг! Какого черта происходит? Что у вас там стряслось с Милнером? Надеюсь, вы в этом не замешаны? Я давно жду вашего звонка!
— Мистер Харрисон, у нас возникли непредвиденные обстоятельства, — я выбирал слова осторожно. — Говард Милнер скончался внезапно, прямо во время нашей встречи.
Повисла пауза. Когда Харрисон заговорил снова, в его голосе появились новые нотки, настороженности и, возможно, тревоги.
— Прискорбно, Стерлинг. Что случилось?
— Сердечный приступ, — кратко пояснил я. — Полиция попросила нас задержаться для дачи показаний, — я придал голосу оттенок усталой обязательности. — Мы с О’Мэлли были с ним в последние минуты. Завтра нас отпустят, и мы сразу выедем в Нью-Йорк.
— Завтра, — Харрисон повторил слово так, словно пробовал его на вкус. — Хорошо, Стерлинг. Но не позже. У нас накопились важные дела, требующие вашего внимания. Особенно учитывая поручения, которые я вам дал, связанные с Паттерсоном.
— Разумеется, сэр. До завтра.
Я повесил трубку и повернулся к О’Мэлли, который внимательно слушал разговор.
— Это дает нам небольшую фору, — сказал я. — Но не решает главной проблемы. Как добраться до Бостона максимально быстро? Завтра мы должны вернуться в Нью-Йорк. Уже из Бостона.
— Поезд идет почти сутки, — О’Мэлли покачал головой. — Автомобилем еще дольше, даже если ехать без остановок.
— Нужен самолет, — решительно заявил я.
О’Мэлли недоверчиво посмотрел на меня:
— Самолет? В Акроне? Босс, это не Нью-Йорк с его регулярными рейсами. Где вы собираетесь найти самолет?
Я улыбнулся, доставая из внутреннего кармана небольшую фотокарточку, ту самую, что дала мне Констанс Хэллоуэй на прощание в Саутгемптоне.
— У меня есть знакомая, питающая слабость к авиации. И, кажется, ко мне, — я подмигнул О’Мэлли. — Пришло время испытать силу обаяния Уильяма Стерлинга.
Через двадцать минут я уже разговаривал с телефонисткой, пытаясь дозвониться в Саутгемптон.
— Мне нужно соединиться с особняком Хэллоуэев в Саутгемптоне, — объяснял я.
— Минуточку, сэр, — отвечала девушка. — Это междугородний звонок. Вам придется подождать.
Томительные минуты ожидания, щелчки, потрескивания в линии. Наконец, голос другой телефонистки:
— Саутгемптон. Какой номер вы вызываете?
Еще несколько минут, и вот уже в трубке звучит голос дворецкого Хэллоуэев:
— Резиденция Хэллоуэев. Чем могу помочь?
— Это Уильям Стерлинг. Мне необходимо срочно поговорить с мисс Констанс.