— Итак, первый вопрос — операция против Сальтиса, — Кляйн раскрыл папку с отчетом. — Мы начали реализацию вашего плана экономического удушения. Во-первых, наши люди скупили семьдесят процентов закладных на недвижимость, связанную с его ломбардами в Бруклине.
— Отлично, — я сделал глоток кофе, наслаждаясь горьковатым вкусом. — А что с инспектором Моррисоном?
— Он получил билеты на всю серию игр Yankees и анонимное сообщение о нарушениях в ресторанах Сальтиса, — Кляйн позволил себе легкую улыбку. — Первая инспекция назначена на завтра. Они даже не подозревают, что их ждет.
— А Левинсон?
Кляйн нахмурился:
— Здесь возникли сложности. Ростовщик оказался более преданным, чем мы предполагали. Отказался от нашего предложения, сославшись на долгие деловые отношения с Сальтисом.
Я задумался. Такая лояльность была редкостью в криминальном мире.
— Возможно, дело не в преданности, а в страхе, — предположил я. — Сальтис мог что-то иметь на него.
— Мы тоже так решили, — кивнул Кляйн. — И начали копать. Оказалось, сын Левинсона замешан в афере с поддельными доверенностями. Сальтис прикрыл его, и теперь Левинсон у него в долгу.
— Интересно, — я отставил чашку. — Предлагаю альтернативный подход. Вместо давления на Левинсона, давайте предложим его сыну работу в другом городе. Бостон или Филадельфия. Безопасную, легальную, хорошо оплачиваемую.
Кляйн понимающе кивнул:
— Устраняем рычаг давления Сальтиса. Разумный подход.
Я приподнял чашечку с кофе, удовлетворенный прогрессом.
— Теперь об инвестиционном трасте, — Кляйн отложил один отчет и достал другой. — Юристы подготовили документы для регистрации первого уровня, «Atlantic Investment Trust». Офис на Уолл-стрит, 23 арендован, идет ремонт и меблировка.
— Капитал?
— Пять миллионов, как договаривались. Два от мистера Мэддена, три от его партнеров. Средства будут переведены через структуру, которую вы одобрили, с перекрестными связями и компаниями-призраками.
Я удовлетворенно кивнул, отмечая, как четко и эффективно Кляйн выполняет намеченный план. Неудивительно, что Мэдден так ценил его.
— Что с маркетинговой кампанией?
— Уже работаем над ней, — ответил Кляйн. — Подготовили черновики рекламных материалов для Wall Street Journal и New York Times. Наняли профессионального рекламного агента с Мэдисон-авеню, который не задает лишних вопросов.
— Отлично.
Кляйн закрыл папку и достал из ящика стола конверт.
— А вот это мистер Мэдден просил передать вам лично, — сказал он, протягивая конверт. — Как было обещано, информация личного характера о некоторых ваших коллегах.
Я принял конверт, взвешивая его в руке. Он был не слишком толстым, но ощутимо тяжелым для своего размера.
— Здесь все? Харрисон, Паттерсон…
— И еще несколько партнеров фирмы, — подтвердил Кляйн. — Мистер Мэдден считает, что эта информация может оказаться полезной в свете назревающих перемен в вашей фирме.
Я спрятал конверт во внутренний карман:
— Передайте мистеру Мэддену мою благодарность. И еще кое-что… — я помедлил. — У меня есть основания полагать, что события движутся быстрее, чем предполагалось. Возможно, нам стоит действовать быстрее, чем планировалось изначально.
Кляйн пристально посмотрел на меня:
— Насколько быстрее?
— Инвестиционный траст должен быть полностью готов к концу месяца. И нам нужно начать привлекать внешних инвесторов уже в следующем месяце.
— Это агрессивный график, — Кляйн нахмурился. — Но выполнимый. Я сообщу мистеру Мэддену.
Закончив обсуждение, я поднялся.
— Жду вашей информации о первых результатах операции против Сальтиса через неделю, — сказал я, направляясь к двери. — И держите меня в курсе подготовки документов для инвестиционного траста.
Кляйн кивнул:
— Конечно, мистер Стерлинг. И будьте осторожны. Мистер Мэдден обеспокоен активностью Сальтиса.
Я замер на мгновение:
— Он следил за мной?
— Возможно, — ответил Кляйн. — Мистер Мэдден усилил наблюдение за его перемещениями.
— Спасибо за предупреждение.
Покинув здание, я обнаружил О’Мэлли на прежнем месте, внимательно наблюдающего за окрестностями.
— Все прошло хорошо, босс? — спросил он, когда я подошел.
— Лучше, чем ожидалось, — ответил я, машинально поправляя шляпу. — Но у нас может быть слежка. Люди Сальтиса.
О’Мэлли окинул улицу профессиональным взглядом:
— «Когда волк идет по следу, ищи не его тень, а его отражение в глазах других зверей», — пробормотал он.
— Звучит знакомо.
— Йейтс, — улыбнулся ирландец. — На этот раз действительно он.