Паттерсон тоже поднялся, и я заметил, как его челюсти сжались при виде меня. Он был в сером костюме с жилетом, его обычно румяное лицо казалось еще более багровым от едва сдерживаемого напряжения.
— Джентльмены, — я поклонился и начал раскладывать свои материалы. — Благодарю за возможность представить инвестиционную стратегию для United Steel.
Развернув первый лист с графиками, я начал презентацию:
— Анализ рынка показывает, что сейчас оптимальное время для агрессивной экспансии в секторе промышленного производства. Как вы видите на этом графике, индекс промышленного производства вырос на восемнадцать процентов за последние шесть месяцев, при этом…
Я намеренно структурировал презентацию так, чтобы сначала представить консервативный подход Харрисона — долгосрочные инвестиции в проверенные компании, диверсификация рисков. Затем плавно перешел к более рискованным стратегиям, которые обычно продвигал Паттерсон — использование маржинальной торговли, инвестиции в новые технологические компании.
— … в то же время, — продолжал я, — мы не можем игнорировать возможности, которые предоставляют быстрорастущие сектора. Радиокомпании, например, показывают рост в двести-триста процентов. Конечно, это сопряжено с повышенным риском, но при правильном балансе…
Я видел, как Харрисон и Паттерсон обменивались все более враждебными взглядами.
— Мистер Стерлинг, — поднял руку Джонсон, — почему вы включили в презентацию такие рискованные инструменты? Крейн консервативный инвестор.
— Интересный вопрос, мистер Джонсон, — я сделал паузу, глядя то на Харрисона, то на Паттерсона. — Но я считал, что необходимо представить сбалансированный подход, удовлетворяющий все запросы нынешнего времени. Сейчас одни продвигают консервативный подход, другие настаивают на агрессивной стратегии.
Мой ответ вызвал напряженное молчание.
— К чему вы клоните? — резко спросил Паттерсон, его лицо побагровело еще больше.
— Я лишь отражаю реальность, — развел я руками. — В последние месяцы клиенты получают противоречивые рекомендации. Например, мистер Томпсон на прошлой неделе получил от разных брокеров прямо противоположные советы по поводу акций United Steel.
— Это наше внутреннее дело! — вскочил Паттерсон. — При чем здесь презентация для Крейна?
— При том, — спокойно ответил я, — что Крейн умный человек. Он видит эти противоречия. И я решил представить обе стратегии, чтобы он мог выбрать.
Харрисон побледнел от злости:
— Вы превысили свои полномочия, Стерлинг!
Прескотт кашлянул, пытаясь разрядить обстановку:
— Джентльмены, давайте сосредоточимся на презентации…
— Нет! — взорвался Паттерсон. — Я больше не могу молчать! Стерлинг прав. Харрисон ведет фирму к краху своим устаревшим подходом!
— Устаревшим? — Харрисон вскочил. — Это вы своими авантюрами подрываете репутацию компании!
Остальные партнеры растерянно переглядывались. Опять конфликт перерос все границы и вылился в открытое столкновение. Чего я и добивался.
— Господа, — вмешался Колман, — мы обсуждаем стратегию для клиента с пятнадцатимиллионным капиталом. Может, отложим личные разногласия?
— Личные? — Паттерсон повернулся к нему. — Это не личное! Это вопрос выживания фирмы! Харрисон тайно встречается с представителями металлургических трестов, обещая им…
— Довольно! — рявкнул Харрисон. — Вы сами два месяца назад передавали конфиденциальную информацию инвестиционному трастовому фонду Синклеров…
Я наблюдал, как рушится фасад единства «Харрисон и Партнеров». Моя провокация сработала идеально, хотя на самом деле я просто вынес на поверхность то, что давно кипело внутри.
— Да что вы говорите, — Паттерсон перешел на крик. — А может быть, новому клиенту следует знать всю правду о нашей фирме? О том, как некоторые партнеры манипулируют счетами клиентов для личной выгоды?
Харрисон вскочил со стула, буравя взглядом соперника:
— Паттерсон! Вы переходите все границы!
— Я? — Паттерсон тоже встал. — Это вы разрушаете репутацию фирмы своими махинациями!
Я продолжал стоять у доски, с интересом наблюдая за разворачивающейся сценой. Надо же, мой план сработал слишком хорошо.
— Джентльмены, — попытался я вклиниться, — возможно, стоит обсудить эти вопросы в более подходящей обстановке?
— Нет, Стерлинг! — рявкнул Харрисон. — Раз уж мистер Паттерсон решил устроить сцену, пусть скажет все, что думает! Только я тоже кое-что расскажу о его тайных встречах с конкурентами!
— Вы обвиняете меня в нелояльности? — Паттерсон шагнул ближе к Харрисону. — Это вы продали душу дьяволу!