О’Мэлли получил бороду и очки, Мартинс стал заметно старше благодаря седым волосам и накладным усам.
— Теперь родная мать вас не узнает, — довольно сказал Мэдден, оценивая результат. — Роберт Харвей, респектабельный филадельфийский торговец. Едет поправить здоровье на морском воздухе.
Взглянув в зеркало, я с трудом узнал себя. Седина и морщины добавляли лет пятнадцать, изменение формы бровей меняло выражение лица. Костюм консервативного покроя завершал образ.
— Впечатляет. Сколько это продержится?
— Дня три, если будешь осторожен с водой. Для снятия есть специальный растворитель.
Мэдден собрал принадлежности в сумочку.
— Все остальное знаешь. На конференцию попадешь завтра вечером, после того как основные делегации прибудут и улягутся страсти. А сегодня просто богатый турист, наслаждающийся Атлантик-Сити.
— Понял.
— И последнее, — голос Мэддена стал серьезнее. — Ни одного важного решения без консультации со мной или Лучиано. Эти люди играют по своим правилам, и одно неосторожное слово может стоить вам жизни.
Мы спустились к автомобилю. Вместо привычного Packard Twin Six нас ждал более скромный Buick Master Six, машина солидная, но не привлекающая лишнего внимания. Мартинс уселся за руль, сохраняя образ пожилого шофера.
О’Мэлли устроился на переднем сиденье рядом с ним, я разместился сзади. Багажные отделения занимали два объемистых чемодана и дорожная сумка.
— В путь, джентльмены, — сказал я, когда автомобиль тронулся с места. — Следующая остановка Атлантик-Сити.
Дорога в Нью-Джерси заняла около трех часов. Мы ехали через Голландский туннель, затем по шоссе номер девять на юг. Мартинс вел машину ровно, не привлекая внимания дорожной полиции, но и не слишком медленно.
За окнами сменялись пейзажи. Сначала промышленные районы Северного Джерси с их дымящимися трубами химических заводов и нефтеперерабатывающих предприятий. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным запахом серы и машинного масла. Мимо проносились небольшие городки — Элизабет, Рахвей, Нью-Брансуик, где рабочие спешили к заводским воротам, а домохозяйки развешивали белье во дворах.
Постепенно индустриальный ландшафт уступил место сосновым борам Центрального Джерси. Здесь воздух стал чище, а дорога извивалась между высокими соснами, чьи иглы шелестели под майским ветром. Изредка встречались небольшие фермы с пасущимися коровами и красными амбарами, где сушилась кукуруза.
— Красота какая, — заметил О’Мэлли, глядя на проплывающие мимо поля. — А говорят, в этих лесах полно самогонщиков. Целые заводы прячут.
— В каждом штате свои особенности торговли, — усмехнулся я. — Нью-Джерси не исключение.
По мере приближения к побережью в воздухе появились первые нотки соли. Сосны стали ниже и реже, уступая место дубам и кустарникам, приспособленным к морскому климату. Вдоль дороги появились придорожные кафе с вывесками «Лучшие устрицы в Джерси» и «Свежая рыба каждый день».
Первые признаки Атлантик-Сити появились еще за несколько миль. Рекламные щиты, обещающие лучшие в мире казино, развлечения и удовольствия. Потом пошли дачные поселки, где богатые филадельфийцы и нью-йоркцы проводили летние месяцы.
— Ну надо же, — пробормотал О’Мэлли, глядя на огромную рекламу казино «Риц». — «Где мечты сбываются, а состояния тратятся». Честная реклама.
— Атлантик-Сити всегда был честен насчет своих намерений, — заметил я. — Здесь не притворяются, что деньги не главное.
Въезд в город через Венетнорский мост открыл панораму, от которой перехватило дыхание. Бордуок тянулась вдоль береговой линии, словно деревянная артерия, пульсирующая жизнью. За ней высились отели, «Президент», «Трейморе», «Чалфонт-Хэдхэм», каждый пытающийся перещеголять соседей в роскоши и размерах.
— Отель «Президент», — подтвердил Мартинс, сверяясь с запиской. — Номер заказан на имя мистера Харвея.
— Правильно. И помните, никаких «босс» или «мистер Стерлинг». Только «мистер Харвей».
Мы подъехали к отелю «Президент» с его величественным фасадом в стиле боз-ар. Портье в ливрее немедленно появился у автомобиля, принимая багаж. О’Мэлли и Мартинс обменялись профессиональными взглядами, оценивая безопасность территории.
— Добро пожаловать в отель «Президент», мистер Харвей, — поприветствовал меня управляющий у стойки регистрации. — Ваш люкс готов.
— Превосходно. А мой деловой партнер мистер Салливан?
— Номер на том же этаже, как просили.