Мэдден принял комплимент с легким кивком. В отличие от эмоционального Сальтиса, он держался с холодным достоинством, которое невольно вызывало уважение.
— После недавних изменений в расстановке сил, — продолжил Лучиано, — я полагаю, нам есть что обсудить.
— Ты убрал Сальтиса и теперь контролируешь вдвое большую территорию, — констатировал Мэдден. Это был не вопрос, а сухая констатация факта. — И вместо того, чтобы продолжать передел, ты предлагаешь соглашение. Разумно.
Лучиано слегка улыбнулся:
— Война невыгодна никому, мистер Мэдден. Это плохо для бизнеса — и вашего, и моего. Смерть Джо была необходимостью. Он стал нестабильным, непредсказуемым. Угрозой для всех.
— Нестабильность вредит делу, — согласился Мэдден, небрежно поправляя запонку. — Сальтис был проблемой. Теперь его нет. Вопрос в том, как нам дальше вести бизнес, не создавая проблем друг другу.
Лучиано оценил прямоту Мэддена:
— Именно. Я предлагаю сотрудничество. Не войну за перераспределение существующего пирога, а совместное его увеличение.
В этот момент появились официанты с первыми блюдами antipasti, тарелки с тонкими ломтиками прошутто, оливками, артишоками и маринованными грибами. Разговор прервался, пока они расставляли тарелки и наливали вино. Лучиано, я заметил, как и Роквуд, пил только воду.
Когда официанты удалились, Лучиано продолжил:
— Рынок алкоголя в Нью-Йорке огромен, но мы задействуем лишь треть его потенциала. Вместо того чтобы воевать за эту треть, не разумнее ли объединить усилия и освоить оставшиеся две трети?
— И как ты это представляешь? — Мэдден взял оливку и отправил ее в рот, демонстрируя легкую заинтересованность.
— Строгое разделение территорий, — Лучиано начал загибать пальцы. — Взаимное уважение границ. Стандартизация цен, чтобы избежать ценовых войн. Совместное использование некоторых каналов поставок и распределения для экономии ресурсов. — Он помедлил. — И, возможно, совместные инвестиции в новые предприятия.
— Звучит рационально, — Мэдден отпил из бокала, затем поставил его и слегка наклонился вперед. — И кстати о совместных инвестициях… у меня есть предложение, которое может заинтересовать человека твоего калибра.
Лучиано чуть приподнял бровь:
— Слушаю.
Мэдден кивнул в мою сторону:
— Мистер Стерлинг не только мой финансовый советник. Он также управляет специальным инвестиционным пулом, который обеспечивает исключительную доходность. Значительно выше, чем может предложить любой банк или традиционный бизнес.
Я включился в разговор, видя, что Мэдден элегантно передает мне слово:
— Фондовый рынок, мистер Лучиано. Ваши операции, как и операции мистера Мэддена, генерируют значительные суммы наличных. Сейчас эти деньги либо хранятся в сейфах, либо отмываются через подставные компании, либо инвестируются в недвижимость. Все эти методы имеют свои ограничения и риски.
Лучиано кивнул, не перебивая.
— Я предлагаю создать систему инвестирования этих средств на фондовом рынке через сеть легальных фасадных компаний. С использованием определенных информационных преимуществ, которыми мы обладаем, можно обеспечить стабильную доходность в двадцать-тридцать процентов ежемесячно.
Седовласый мужчина рядом с Лучиано, вероятно, его финансовый советник, подался вперед:
— Это нереалистично. Никто не может гарантировать такую доходность.
— Не на обычных операциях, — согласился я. — Но с использованием арбитража между разными биржами, опережающей информации о слияниях и поглощениях, а также краткосрочных направленных спекуляций… — я достал из портфеля папку. — Вот отчет о наших операциях за последние три месяца. Средняя доходность — двадцать семь и четыре десятых процента ежемесячно.
Я передал папку советнику Лучиано, который начал немедленно изучать цифры, его глаза быстро бегали по столбцам.
— Мои люди уже получили первые выплаты, — спокойно добавил Мэдден. — Суммы соответствуют обещанным. Чистые, легальные средства, которые невозможно отследить до первоисточника.
Лучиано вопросительно посмотрел на своего советника, который неохотно кивнул, подтверждая реалистичность цифр.
— Что вы предлагаете конкретно? — спросил Лучиано, обращаясь ко мне.
— Создание инвестиционного пула под моим управлением. Мистер Мэдден уже участвует в подобной схеме, — я кивнул на него. — Вы вносите определенную сумму через подставные компании, я инвестирую их с учетом… специальной информации, которой обладаю. Мы делим прибыль, шестьдесят пять процентов вам, тридцать пять процентов мне.