*****
Мы ждали. Мы не знали, что нам делать дальше. Последние события, которые произошли в месте нашей вахты, выбили нас из колеи. Встреча с ящерами прояснила не многое. Встреча с биологом добавила еще больше загадок. Дед молчал, ссылаясь на то, что он ничего не знает. Фёдор нервничал, и обещал применить силу по отношению к Деду. Ясно было одно — мы здесь не одни. Конечно же, все знали про базу Альянса. И все были уверены, что это именно они вставляют нам палки в колёса, но эта уверенность улетучилась с появлением странного человека. Пару недель назад мы были уверены во всем. В нашей работе. В том, что нам за неё заплатят. Теперь же будущее геологической партии стояло под угрозой. Как и дальнейшая судьба планеты. Трудно сказать, что волновало нас больше.
До прилёта командира оставалось несколько дней. Всё это время мы неспешно работали. На несколько часов в день Игорь и Саня отправлялись за минералом. Федор иногда ездил с ними. Уровень добычи серьезно снизился, но мы не боялись санкций, так как основная часть экспедиции была отозвана и работала только одна смена, и то вполсилы. Мы с Артёмом следили за состоянием базы. Было время изучить её вдоль и поперек. С сожалением мы выяснили, что корпус базы повело. Конечно же, проект “Монолит” был совсем не новым, но она еще “держала удар”. В чем причина деформации корпуса мы так и не поняли. Может быть, это произошло при вхождении в атмосферу, или когда её поднимали краном? В любом случае, искривление не доставляло неудобств, просто мы выяснили это при измерении приборами. Поделились своими замечаниями с Фёдором.
-Уроды собирали, да и всё!, — констатировал геолог.
Мне осталось непонятным, зачем эксплуатировать на таких работах уродов? Быть может, с целью социальной адаптации? Но Фёдор был не в настроении, поэтому я не стал уточнять. Недавно вышел из строя аппарат для выщелачивания, мне удалось его отремонтировать, но тот всё равно работал с перебоями. Мне приходилось постоянно присутствовать во время переработки руды, то и дело восстанавливая работоспособность техники. Геолога это очень злило.
— Есть сигнал! В атмосферу входят! — радостный Артём ворвался в цех по переработке.
— Наши? — Фёдор отвлекся от процесса.
— Наши! — подтвердил тот.
Народ стал собираться в верхней части базы, ожидая, когда челнок коснется посадочной платформы. Несколько дней, тянущихся один за другим длинной вереницей серых будней, наконец-то подходили к концу. Артём подтвердил, что на связи был именно командир. Интересно, какие новости он принесёт? Долгие минуты ожидания превратились в вечность. Наконец, челнок приземлился.
Мы поднялись на плац. Челнок был интересной заостренной формы, что-то новенькое. На крыле виднелась синяя полоса и такого же цвета логотип в виде какой-то птицы над дверью. Цвета свидетельствовали о том, что челнок принадлежит флоту Совета.
Открылась боковая дверь, и мы увидели двух людей в белых скафандрах с синими полосками. Они стояли по бокам большого длинного ящика. Шлемов на них не было, и в одном из людей мы сразу узнали командира, а второго я видел впервые. Человек среднего роста, со светло-русыми волосами, без растительности на лице и с офицерской выправкой. Он с любопытством оглядел стоящих перед ним людей, встречающих своего командира на плацу.
— Ого! Вы тут и вправду без скафандров ходите? — спросил он.
— А я тебе о чем? — ответил ему Сергей.
— Ну, здорова, командир! — крикнул Фёдор.
— Здрасьте, родные мои! — командир был в хорошем настроении, — помогите ящик вытащить!
Мы стали вытаскивать из трюма продолговатый ящик, метра два в длину, сантиметров шестьдесят в ширину и столько же в высоту. Крышка с прозрачным окном. Судя по всему, это была криокамера. Вчетвером спустили её внутрь базы и оставили в коридоре. Остальные принесли из трюма еще пару небольших ящиков с припасами. В основном медикаменты и кое-что из еды. Никаких запчастей и излишеств в виде алкоголя или табака. Никаких личных посылок.