— Видать хорошего биолога ты выхватил.
— Ну и дела тут у вас, — вставил своё слово Стерх, — надеюсь, я вам не помешал?
— Нормально всё, сиди, — сказал Сергей, — ты мне давно уже свой.
— Раз уж у нас моменты откровения наступили, то есть еще один вопрос, — Фёдор решил выпытать из командира всё, что можно.
— Спрашивай, — командир задумчиво сжимал кружку в руке, пытаясь переварить услышанное.
— Дед, — коротко сказал геолог
— Что, Дед?
— Про Деда расскажи нам. Кто? Откуда? Зачем?
— Да тут всё просто. Встретил я его на одной из перевалочных баз в Солнечной системе. Постоянно пьяный, брался за любую грязную работу. Что-то жалко мне его стало, видно, что не совсем старый, руки сильные. Ну, я и предложил ему со мной отправиться, при условии, что больше никогда пить не будет. Единственное, в чем пришлось уступить, так это табак. Приехал он еще с Первой экспедицией, да так тут и остался. Не было возможности его вывезти тогда.
Дед молча сидел у края стола и слушал.
— То есть, между экспедициями он был здесь? — Фёдор не верил услышанному.
— Ну да.
— Так это вроде как два месяца?
— Верно
— И как он тут жил?
— Ну, жил же как-то. Да и запасы были. База без особых поломок простояла.
— Хорошо жил, — вставил своё слово Дед, — почти как дома жил.
— А если бы всё это дело свернули? И не было бы никакой Второй экспедиции? Он бы тут навсегда один остался? А если бы он погиб?
— Не остался бы. Уж его-то мы бы забрали, — командир посмотрел на Стерха, тот кивнул, — что вы меня за какого-то изверга держите?
-Так, ладно, — продолжил геолог, — звать-то его как?
— Никак не звать. Нет у него имени.
— Да ладно! — Фёдор ухмыльнулся, — даже у “инкубаторских” есть имена.
— Не успел получить. Дома у него дети после десяти лет имена получают. Обычаи такие. Да вот не успел он, погибли все его родственники. Так и остался без имени.
— А он у нас кто?
— Айн. Представитель коренных народов крайнего севера. И островов этих, как их…
— Курильских! — вставил своё слово Артём, — я что-то читал про таких.
— Вот, ага! А вообще, чего вы ко мне со всеми этими расспросами пристали? Дед и так в курсе всего. И про экспедицию и про себя самого-то уж точно знает лучше меня.
— Да разве ж он расскажет? — посетовал геолог, — молчит, как партизан.
Дед сидел всё так же у края стола, разглядывая что-то на дне тарелки. Кажется, это было ему куда интереснее, чем текущие разговоры. Наступила минута тишины. Каждый из нас пытался осознать услышанное и сделать хоть какие-то выводы. Вся полученная информация хоть и была логичной, но в голове как-то не укладывалась.
— Вообще, это я Деда попросил не рассказывать про Первую, — Сергей прервал тишину, — мы ж все думали, что те люди погибли, а кошмарить вас мне ни к чему. Конечно же, пытались их искать, но безуспешно. Те, что выжили, отказались сюда возвращаться. Сразу, после объявления части экспедиции пропавшей без вести, нас отозвали отсюда. Челнок с начальством прилетел. Мне и так пропажу в косяки записали, а нелегала, то есть Деда, вообще бы не простили. Пришлось тому спрятаться. Базу якобы законсервировали, но он вполне мог ей пользоваться. Я два месяца добивался возобновления работ, людей искал. И нашёл. Вас.
— Что Совет сказал? — тихим спокойным голосом спросил Фёдор.
— А вот теперь к хорошим новостям, — командир приободрился, — Совету очень понравилась информация о ящерах, если сможем доказать их разумность — это поставит под вопрос запуск «орбитали», и тогда Совет сможет продолжить добывать минерал здесь. Есть ученые, в том числе палеонтологи, которые могут доказать разумность даже по внешним признакам, хотя точного определения разумности не существует. Есть лишь теории. Я так понимаю, ящера вы не добыли?
— Не добыли, — коротко ответил Фёдор.
— Ничего! Ещё добудем! Стерх нам поможет, правда ведь?
— Помогу! Отчего бы и нет? — согласился сидящий за столом Стерх.
— Ну вот! К тому же у нас есть криокамера, — добавил командир.
— Почему не просто морозильник? — поинтересовался Артём.
— Потому что вдобавок к криокамере у нас есть ружья с транквилизаторами! — командир заговорщицки подмигнул.
— Ага! То есть дичь мы живой доставим, — резюмировал геолог.
— Нехорошо их убивать, незачем, — добавил Дед.
— Да не будет никто никого убивать! — настроение командира улучшилось после трудной исповеди, — полетишь с нами?
— Тогда полечу, — ответил тот.
В кают-компанию ввалился заспанный Андрей.
— Пьёте? — спросил он.
— Ооо! Андрей вернулся, — загудели мы дружно.