— Может, еще разок? — спросил Андрей.
— Да нет, хватит пока, — ответил Фёдор.
Приблизившись к ящеру на расстояние около пятнадцати метров, Дед обхватил рукоять катаны. Он не позволял себе расслабляться. Челнок плавно приблизился к охотнику и жертве и стал снижаться. Приземлившись, мы вышли наружу. Ящер, распластанный на земле, был меньше тех, что встречались нам ранее. Возможно, просто еще слишком молодой и любопытный. Любопытство его и сгубило. Хотя, насчет погибели говорить еще рано. Мы лишь усыпили его. И в спящем же состоянии должны доставить в Совет.
— Жив, чертяка! — Андрей обрадовался невредимому Деду.
— А кто в нём сомневался? — прозвучал риторический вопрос от командира. Геолог лишь неодобрительно глянул на Сергея. Было странным видеть Фёдора в таком настроении. Нет, конечно же мы все устали, в основном морально. Да и физически нам здесь не сладко. Но с тех пор, как Фёдор стал замещать командира, он стал сам не свой. Вечно позитивного усатого дядьку как будто подменили. Что так повлияло на него? Груз ответственности? Или чувство высокого доверия в купе с гордыней? Да и командир давно вернулся, пора бы уже снять корону. Или же, всему виной недоверие к командиру? С одной стороны Сергей никогда не делился своими планами с основной массой людей в нашей геологической партии, только с избранными, в число которых мы входили. Доверять всем и каждому нельзя, и он отлично это понимал. Но можем ли мы доверять Сергею?
— Что стоим-то? — отвлек меня от размышлений Андрей, — давай грузить.
Мы с легкостью погрузили спящего ящера в челнок. Кожа его была землистого цвета, покрытая мелкой твёрдой чешуей, не похожей на змеиную, а гораздо плотнее. Чешуйки не всегда разделялись, порой они представляли собой однородный покров, похожий на кожу обычного человека, только грубее. В границах такого покрова иногда можно было разглядеть отдельные чешуйки. Они как будто стерлись, образовав огрубевший участок, напоминавший мозоль, но эот точно не мозоли. По крайней мере, мне не представляется, как можно натереть конечности в таких местах, например с внутренней стороны руки, гораздо выше запястья. Кстати, на участке руки ближе к запястью были четыре широкие чешуйки, объединенные в ромб. Точнее, не все чешуйки были на месте. Там, где когда-то они были закреплены, виднелся слегка розоватый участок с сукровицей, как в месте отрыва хвоста у обыкновенной ящерицы. Значит, каким-то образом они теряют чешуйки возле запястий. Все это показалось мне неприятным — и вид ящера и ощущения от прикосновений к нему.
Приземлились на плац. Перетащили ящера в криокамеру, предварительно вытащив дротик у него из спины. Попутно наперебой обсуждали его внешний вид и делились впечатлениями, не забывая при этом нахваливать Деда. Без него мы бы не справились. Конечно же, не обделили почестями и Стерха. Он тоже здорово помог. Все, кто участвовал в охоте, а так же те, кто оставался на базе, собрались в кают-компании.
— Отметить бы, да нечем, — геолог покосился на командира.
— Ну, извини, не до этого было, — оправдывался командир, — собрали самое необходимое. К тому же скоро обратно улетать, ящера ведь поймали.
— Один полетишь, или как?
— Ну почему же один, еще кого-нибудь прихватим. Кто-то хочет?
— Я бы слетал, — отозвался я.
— Ну, вот и хорошо, возьму тебя с собой, — пообещал командир.
— А я походу налетался, пойду, полежу немного, — Андрей отхлебнул из кружки и удалился из кают-компании.
Один из приборов, что Артём носил с собой, издал писк. Тот нервно глянул на прибор и удалился вслед за Андреем.
Оставшиеся стали неспешно поедать пищу. Мы хоть и ели совсем недавно, но немного вымотались, пока летали на охоту.
— Пойдем аппаратуру посмотрим, — позвал меня Фёдор и тоже направился к выходу. Спустившись в отсек над ангаром, мы зашли в цех по переработке руды. Небольшой грузовой лифт доставлял сюда руду из ангара, затем она попадала на стол для сортировки и, наконец, в аппарат, который воздействовал на руду кислотами и другими химикатами, отделяя ценный минерал от сопутствующего мусора. Все это промывалось, затем сортировалось в специальные ящики. Конструкция сама по себе была простой, но некоторые узлы и агрегаты быстро изнашивались. Новые запчасти не всегда успевали привозить вовремя, а старые требовали большого внимания. Я всегда удивлялся, наблюдая за тем, как Фёдор вручную сортировал минерал по ящикам. Он мог держать в руках два куска минерала, видя в них одному только ему понятную разницу.